Komi Zyrians Traditional Culture

КОМИ КУЛЬТУРА ГРАММАТИКА СЛОВАРИ ЛИТЕРАТУРА МУЗЫКА ТЕАТР ЭТНОГРАФИЯ ФОТОАРХИВ КНИГИ

ТИМА ВЕНЬ   (Вениамин Чисталев)

СУДЬЯ     пьеса

Перевод с коми на русский язык Веры Морозовой в 2007.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
САРАФАНОВ - судья, холостяк.
МИШКА - мальчик-подросток.
ГУДЫРЕВ - приятель Сарафанова.
МОСЬКА - молодой неженатый парень.
ОСТАП - пожилой крестьянин.
МАРЬЯ - жена Остапа, моложе его.
ДЕВИЦА - в годах.

Действие происходит в деревенской избе где живёт недавно приехавший судья Сарафанов. В комнате у окон — диван, стол.

САРАФАНОВ (тоскуя, поет).

Best illustrations: Foto Collection Komi Traditional Lifestyle

Сёмайбырӧй, олӧмӧй,

Дас квайт арӧс тыртӧмӧй  2 раза

Кызь арӧс виччысьӧмӧй да

Том пӧра колялӧмӧй.  2 раза

Вот, бывает же так: пристанет песня к тебе у всю жизнь - куда б ни уезжал, — бежит и бежит за тобой, как пёс верный за хозяином. Вспомнишь её — и сразу легче на душе. Пусть ненадолго, а молодость встаёт перед глазами, годочки веселые, когда только и счастлив был по-настоящему...

Да, годочки те мои уже в вечность канули... Теперь что? — когтями железными ухватит старость — и всё. Порог не за горами...

И есть же те, кто собственную молодость не вспоминает! Не знали, что ли ни мягких ночей весенних, ни зарниц полыхающих, ни осенних вечеров? Столько хорошего было тогда на вольном свете! - и словами не высказать. Во сне ночами долгими, бывает приснится та пора, а потом очнёшься — и чудно, и горько становится: в молодость не возвращаются...

Тулсол небыд вой,

Гожся шоныд рыт,

Арся пемыд кад,

Тӧлся зарни лым,—

Кокньӧд менсьым олан дыр...

Совсем что-то тоскливо стало... Чем бы заняться?.. Мишку позвать, что ли? (Кричит в дверь). Эй, Мишка, слышь, хочешь пять копеек получить?

МИШКА (входя). А чё сделать?

САРАФАНОВ. Ну-ка спой, что вчера вечером я тебе напел. Выйдет хорошо — пять копеек дам.

МИШКА (радостно). Я знаю - хорошо получится - весь день сегодня учил:

Сёмайбырӧй, олӧмӧй,

Дас квайт арӧс тыртӧмӧй  2 раза

Кызь арӧс виччысьӧмӧй да

Том пӧра колялӧмӧй.  2 раза

Отдавай, что обещался!

САРАФАНОВ. Погоди, вот другой раз получше споёшь — сразу десять копеек получишь. Скопом — оно дороже станет.

МИШКА. Да я хоть каждый день тебе петь буду, только по пять копеек выдавай. Потом лавку открою и тебе тогда гостинец привезу — сигудӧк из Чердыни.

САРАФАНОВ. Да, умеешь ты выуживать денежки: что мне с твоего сигудка — кашу, что ли варить. Не мозоль языка попусту. Вот скажи мне лучше — про что ты сейчас пел?

МИШКА. А почём мне знать? Про что просил — про то и пел.

САРАФАНОВ. Ничего-то ты не понял. Песня эта — про меня, про молодого да удачливого. Когда я сам эту песню пою — все горести от меня уходят. А тебе, видать, всё равно... Ну ничего, когда-нибудь поймёшь меня... Иди теперь, учи песню дальше - завтра лучше споёшь, больше получишь.

МИШКА. Мне что - хоть целый день петь буду.

(Мишка уходит).

САРАФАНОВ. Вот ведь какой послушный. И не боится меня, мол, вон, приезжий да незнакомый. Что скажу — то и делает. Не он — так точно от скуки помер бы на чужой стороне. А этот придёт, споёт, подыграет себе губами, да ещё и спляшет. Умеет людей веселить. Иной раз и сам расхохочется. Я уж привыкать к нему начал — так будто и надо. Ужиться с ним вполне можко, даром, что иногда дурковатым кажется. А денюжку любит — только намекнёшь про пять копеек - тут как тут... Гудырев-то где ходит? Вот уж кому никогда тоскливо не бывает. Ну да ладно.

(Слышатся шаги).

ГУДЫРЕВ (входя и поздоровавшись). Ну всё, ничего меня здесь больше не держит, все дела завершил. С тобой неплохо нам жилось, но что поделаешь — так сложилось. Еду дальше, оставляю тебя одного тут красоваться — попрощаться на минуту зашёл да пару слов тебе сказать. Не обижайся на меня, но советую я тебе изменить свою жизнь. Срочно. Если помереть до времени не хочешь. Уверен. Могу даже сказать — почему.

САРАФАНОВ. Да хватит тебе меня пугать. Прости, но я тебе не ребёнок.

ГУДЫРЕВ. Был у меня один приятель, старше меня. Он так же, как и ты - всё старое поминал. Да при этом ешё и не разговаривал ни с кем, бирюк бирюком жил. Сколько его ни предупреждали - всё одно к одному. Ну и сошел с ума, помер раныше времени. И кого теперь винить? Ты тоже — тридцать лет тебе, а всё о прошлом горюешь. Ушло прошлое, вперёд надо смотреть. Сам подумай.

САРАФАНОВ (раздражённо ходит туда-сюда). Ты давай что-нибудь стоящее мне пожелай, а то все твои сказки я ухе наизусть выучил.

ГУДЫРЕВ. Не сказки я тебе рассказываю, а советую и предупреждаю - ради тебя же самого. Жаль мне тебя - одни остаешься.

Ладно. Вот ещё что тебе сказать должен... Девица здесь есть одна. Красивая. Но главное, - сговорчивая. Любого утешит. Я с ней уже переговорил насчёт тебя и согласием заручился. Всё с ней забудешь - родишься заново. В нижнем конце живет - там ещё двухэтажный дом рядом.

И помни мой дружеский совет: живи как все - тогда никакой печали до тебя не добраться. А то сейчас больно смотреть, как ты сутками с придурковатым пацаном забавляешься.

Всё. Прощай теперь. (Быстро уходит).

САРАФАНОВ (бежит за ним до дверей). А ну стой, погоди, я ещё тебя как следует не допросил!..

Ну, лешак-человек, сбежал... (Грозит кулаком). Как у тебя язык повернулся меня осуждать!.. Ничего лучше моего прошлого для меня нету, слышишь! Никогда я свою молодость не забуду, ни за какие деньги память о ней не продам. В ней вся жизнь моя — она там захоронена как в ящике с двенадцатью обручами. Не могу я и не хочу жить так. как ты живёшь! Это ты гуляешь по ночам, ну и гуляй себе! А меня не трогай!

...Да и куда мне - с грузом моим?

(Пауза).

Одна у меня, видать, теперь отрада: засудить кого-нибудь да в тюрьму упрятать, сломать чью-нибудь судьбу своей властью, — как медведь силой своей косточки ломает. Никаких больше радостей. Прав, видно, Гудырев: с ума сойти осталось да и помереть...

А может, и вправду к здравомыслящему человеку прислушаться? (Усмехается). За девицей послать... Где-то она там обитает...

Нет уж, проживу как-нибудь без его советов. Силы у меня пока есть, умом тоже не обижен. Жить буду да радоваться...

Да ведь хоть как живи — тоска достанет!.. Ну, не хватает мне чего-то!.. (Кричит). Эй, Мишка, пять копеек!

МИШКА. (входит, подыгрывая губами плясовую). Смотри, вчера язык у меня спотыкался, а сегодня вроде как ступеньки нащупал!

САРАФАНОВ. Вот и молодец. Раз хорошо получается, — стоимость поднимаю: будешь веселить теперь меня на копейку дороже.

МИШКА (с радостью): С этой копейкой я ещё больше накоплю. Ещё поиграю. (Играет).

САРАФАНОВ. Пойди теперь самовар поставь, да пошустрее, а то в животе у меня уже будто четырехколесная телега забегала. И кто этот живот устроил так, что приходится его каждый день по два-три раза наполнять. Сладу с ним никакого. Надо бы его как-нибудь обмануть: попробовать вместо хлеба мохом, что ли, заткнуть - пусть себе громыхает.

МИШКА. У меня тоже, бывает, живот бурлит, но я его тогда учу: швыч-швач прутиком - и аж до лица краснота. Порку, значит, понимает...(Собирается уходить).

САРАФАНОВ. Нет, постой, погоди немного. Поговорить с тобой хочу. Интересно мне. как ты считаешь: плохо я живу, если прошлое всю дорогу вспоминаю, если песни пою, если живу один — без жены, без квартиры, если вожусь с тобой, дурачком?..

МИШКА. Не знаю я ничего про это. Знаю только, что никакой я не дурачок.

САРАФАНОВ, Да что б, парень, и ни говорил ты, а одному несладко жить — не хватает будто чего-то и всё тут.

...Попробовать, что ли по-новому пожить? Друг один тут надоумил меня, подсказал, где радости ищутся.

МИШКА. Ну, если охота тебе, ещё поиграю.

САРАФАНОВ. Нет уж, иди, а то через игру по копейке всё жалованье ты у меня выцыганишь. А пользы никакой... Ставь, давай, самовар...

Нет, постой! Знаешь что? Ты лучше найди мне одну девушку.

Слушай. Живёт она в нижнем конце, рядом с двухэтажным домом. Не помню как хозяина зовут — найдешь, в общем. Смотри, не забудь передать: тут же пусть придёт. Ты скажи, мол, так ж так, один молодой человек — неженатый — тебя позвал грусть-тоску развеять. Скажи, мол, красивый сам, добрый. Хвали меня побольше. Ты же знаешь этих молодых девушек: не наболтаешь - своего не получишь.

МИШКА. Знаю, знаю. Мне как раз и везёт с такими. Не бойся — найду и приведу. На подносе подам.

САРАФАНОВ. Наперёд не загадывай и глупостей не болтай, лучше поторапливайся. Может, без пары лошадей еще и не согласится приехать. Нечего зазря хвастаться.

МИШКА. Я своё дело знаю. Ты. главное, про пять копеек не забудь.

(Уходит).

САРАФАНОВ (в приятном возбуждении). Неужели через несколько минут жизнь изменится? Придёт сюда молодая, красивая, теплая... Вот радости-то будет...Обнимет, поцелует...А там — хоть плетью меня хлещи — не оторвусь! (Смеется).

А вот же, и не предупредил мальчонку-то, чтоб не звал, если вдруг она дурнушкой или старой окажется. Старука-то мне и на дух не нужна.

Да нет, ясно сказано было — красивая, сговорчивая.

Значит, всё должно сладиться. Сначала я примечу, с какого боку к ней подойти: молодая-то и испугаться может. Потом погляжу, чем ответит. Потом сразу наговорю ей красивых слов, чтоб старым не сочла...

(Подходит к окну).

Ох, и долго время тянется, когда ждёшь кого-нибудь...

А сердце в груди аж прыгает: подсказывает, что всё хорошо будет. Скорей бы шла.

Югыд шонді петас меным,

Гӧгӧр воссяс гаж.

Том олӧмӧй вунас менам -

Сля зэв нин важ.

(Входит с туесом Моська, Сарафанов отодвигается в угол от неожиданности).

МОСЬКА. Господин судья, дело к тебе есть.

САРАФАНОВ. (в сторону). Нашёл время. (Моське). Что еще за дело? Сегодня мне некогда и слова тебе сказать, не то что посоветовать что-нибудь... Уходи, завтра придёшь...

Что ты без спросу-то: напугал меня - аж сердце зашлось.

МОСЬКА. Я только узнаю и пойду. (Робея). Меня тут один здешний засудить хочет. Из-за бабы.

САРАФАНОВ: Конечно, судить будем, если попадёшься. Нечего чужих баз трогать.

(Пауза).

Говорят тебе - уходи. Некогда мне сегодня. В другой раз зайдёшь, когда свободен буду.

МОСЬКА. Да много раз я уже приходил. Ночей не сплю - до того посоветоваться надо. А застать тебя не могу.

САРАФАНОВ (в сторону). Тоже мне, воспитатель нашелся. (Моське, раздражённо). По-твоему, мне из дому выйти нельзя, а всякому сопляку вроде тебя можно судье указывать, да?..

Ну что? Стой здесь, стой бараном дольше - я тебе тогда быстро местечко найду!

Чтобы больше без разрешения не приходил! (Про себя). Не получится, видно, с девушкой сегодня. (Моське). Иди, что встал как истукан! - гебе говорят: я гостя жду, мешаться будешь.

МОСЬКА (борясь с робостью, протягивая туес). Я тут пять фунтов масла принес, дома ещё есть.

САРАФАНОВ. Ну, поставь там куда-нибудь. Да говори уж свое дело, зачtм пришёл. Может, и заступлюсь.

МОСЬКА. Есть тут старик один. Остапом зовут. Виноватит меня за то, что, мол, я к его бабе хожу. Грозится, что прошение судье написал и хочет меня в тюрьму засадить. Сам-то, конечно, дурак-дураком, а баба красивая, как на грех.

(Сарафанов ходит по комнате туда-сюда).

Я из-за этого всякий покой потерял. День к ночь об одном только и думаю. Вот, пришёл спросить, что будет. А тебя всё нету. Хорошо, что застал.

САРАФАНОВ. Да я только зашёл, нечего напраслину на меня возводить. Пойми: гостя жду, некогда. Но ради подношения уважительного выслушал тебя.

МОСЬКА. А вот можно ли как-то остановить это дело, чтоб не посадили меня в тюрьму попусту? Это ж тебе не черинянь есть — в тюрьме-то сидеть. А я на бабу эту даже не смотрю, не то, что там приставать. Да не такой я человек — кого хочешь, спроси. Вон — у Габэ Василия спроси!

САРАФАНОВ. Пока сюда никто по имени Остап не обращался. Так что он тебя просто пугает. Как телёнка. Иди. Никто тебя не засудит. А охота если — в другой раз зайдёшь и потолкуем. (Про себя). Вот же пристал, невежа!

МОСЬКА. Как не обращался, если сказал. Зачем же так со мной. (Падает на колени). Защити ты меня, а то и вправду посадят невинного, а там хоть помирай - сам знаешь, что за жизнь за решёткой!..

САРАФАНОВ. Говорят тебе - не дразни судьбу. Не было такого прошения. А как попадёт мне на стол — приходи — может и встану на защиту, если побольше масла принесёшь. Иди домой! (В сторону). Колода глухая!

МОСЬКА (вставая с колен). А вот не пойду никуда, пока не защитишь! Безвинного меня посадят — большой грех на тебе будет!

САРАФАНОВ (вконец рассерженный). Да я тебя сейчас возьму и выкину отсюда взашей, добрых-то слов, видать, не слышишь!

МОСЬКА. Никуда не уйду, пока защиты не будет!

САРАФАНОВ (схвативши мужика за грудку). Нечего сюда без спросу ходить! Уйди прочь, чушка! Деревяшка бесчувственная, тупица! (Выталкивает его на улицу).

Ну что ты будешь делать - всё испортил, образина! Как теперь с таким сердцем, в раздражении таком девушку ублажать прикажешь, а?! Это ж надо: в один момент всё наперекосях пошло!

(Ходит в волнении по комнате).

Ладно, хоть не сразу пришла — а то сбежала бы.

И зачем, спрашивается, приходил? Сам себе беду кличет. А и не жаль такого. Будущность мою чуть разом не перевернул — безмозглый!

(Входит Остап, держа за руку женщину).

ОСТАП. Господин судья! Рассуди по-хорошему: что же это за жизнь пошла, а?

САРАФАНОВ (продолжая мерить углы в комнате, про себя). Да лешак вас приводит сегодня, что ли. (Остапу). Ну, кто тебя сюда звал?.. Что уставился! Некогда мне с тобой говорить, гостя я жду!

ОСТАП. Мне только пару слов тебе сказать, господин судья... Видишь, второй раз я женился — эту вот взял. Прежняя-то умерла, справная такая была, десять лет жили как пара голубков.

САРАФАНОВ. Да сразу к делу переходи: не видишь — не до тебя мне! Нечего молоть языком попусту. Ну, умерла первая жена — место-то пустым не осталось? (Про себя). А баба-то ничего себе...

ОСТАП. Надо бы с самого начала всё обсказать. Ну вот, эту — особо и искать не пришлось: сама, можно сказать, напросилась. Уж мы с ней пировали да пировали - три дня вино да сур пили! Уж как мы целовались, как нам "горько" кричали, — прям окна дребезжали.

САРАФАНОВ. Нашел о чём рассказывать, дурак старый! Говорят тебе — гостя я жду, гостя! От него вся жизнь моя измениться может! (В сторону). А баба точно симпатичная. Вдруг поближе познакомиться удастся...

ОСТАП. Ну, после жить начали, как напировались. Можно сказать, припеваючи. (Чихнул). Ты, я вижу, не женился еще... Ох, и жаль же мне ту, что померла. Хоть эта тоже ладная.

Да ведь уже до свадьбы характер показывать начала! Раз придёшь, другой — всё сбегает куда-то, головой только успевает мотануть. Ну, думаю, попадись мне, куколка дорогая, в руки, — враз спесь с тебя собью! (Погрозил кулаком). Придёт моя пора.

САРАФАНОВ. Да оставь ты бабу в покое, про дело говори. Живи с ней как хочешь, только другим не мешай! (Про себя). Ну, не избавиться сегодня от просителей.

ОСТАП. Да ты послушай, зачем бы я её приводил — я ж про бабу говорить и пришел. (Указывает на жену). Вот ведь красивая она у меня до того, что хоть вместо иконы в красный угол поставь да молись. А досада меня из-за нее берёт такая — спать не могу! Как на улицу выйдет — всё с кем-то хихикает. Ну и ходят до неё всякие. Я ж не дурак: всё слышу. Как выйду — сразу прячутся, чтоб не увидел -кто с ней. Я уже и стерёг их возле сараев, и на улице присматривался. Но только голоса слышу — и всё. При мне-то далеко ходят. А сегодня Семэ Фёдор мне сказал, что сам видел, как Моська у нас под окнами ходил. Ну, не попался он мне, а то бы досталось этому Моське.

САРАФАНОВ. В толк не возьму: что тебе нужно от меня! (Про себя, взявшись за голову), И впрямь с ума сойду сегодня.

(Подумавши):

А ну пошёл отсюда вон, не то возьму, выкину за шкирку!(Про себя). Ага, заколебался вроде...

МАРФА. Вот и я говорю: всё это ему кажется только — никто ко мне не стучится, никто не ходит. Никто никуда уводить не собирается. А он всё выискивает кого-то, чуть что — глотку готов перерезать. В погибель введёт!..

ОСТАП. А ты, знай, молчи, защитница. Самой достанется.

САРАФАНОВ. Получается, что ты с дружками бабы судиться пришел, гуляет, значит, она от тебя. (Про себя). А вот я тебя вокруг пальца-то и обведу - за то, что досаждаешь.

ОСТАП: Так, так, всё так. (Приближается к судье). А главное, бабе надо внушить, чтоб больше любила, больше заботилась бы о пожилом человеке. И Моську — судить.

САРАФАНОВ. Понял, понял. Ну, теперь можешь идти домой. Я его вызову и дам десять лет тюрьмы. (В сторону). И чего болтаю?

ОСТАП (в испуге). Да ты что, погоди-погоди! Не поминай ты тюрьму, боюсь я её до смерти. Может, и меня ешё посадишь. Я не этого прошу. Хочу только, чтоб баба как-то с Моськой разлучилась.

САРАФАНОВ. А что ты перепугался? Будем судить — и разлучим. (В сторону). Неужели повезло: нашелся повод! (Остапу). Ох, и засудим!

(Пауза).

Ну, если теперь у тебя всё — иди домой.

ОСТАП. Только меня не засуди, Христос с тобой. Моська тогда мою бабу точно уведет. Как так: жили-жили и вдруг - в тюрьму.

Останавливай, давай, дело. Защити, господин судья, от тюрьмы. Я ж ни в чем не виноват, хоть у Трифон Семёна спроси: он всё про меня знает. А я тебе пять фунтов масла из дому принесу. Только от тюрьмы освободи, ради Христа.

САРАФАНОВ. Ну, сходи давай домой. Принесешь масло — судить не буду. Бегом сбегай - я пока бабу твою постерегу...

Остап (заторопившись). Я быстро. А ты пока присмотри за ней, чтоб Моська не выкрал, никуда не пускай. (Убегает).

САРАФАНОВ (Марфе). И как такая красавица простому мужику досталась. Смотрю на тебя и думаю: я за счастье посчитал бы с тобой поближе познакомиться. Как тебе с таким. Может, меня чуток приголубишь?

МАРФА. Такого важного человека да не приласкать. Не всё же одного мужа любить. Сдурел просто: никуда от себя не отпускает. Зазря только досаждает людям. Вот зачем меня сюда привёл? Моську, видишь ли, засудить захотелось, а сам перепугался. Моська-то всего раз и прошёлся у меня под окнами. Никогда ко мне не ходил.

САРАФАНОВ. Да хватит тебе о нём. Давай о чем-нибудь другом поговорим. Я б тебя на месте твоего мужа никогда бы не стерёг. Никогда б понапрасну не ругал. Только любил бы крепко. Слушай, приходи ко мне, а? Не обижу. Мне веселее — и тебе хорошо.

МАРФА. Я-то хоть каждый день бы к тебе бегала, да муж не пустит: стережет. По-настоящему. Только слово какое услышит — орёт на всю улицу, мол, жену уводят.

САРАФАНОВ. Да ты потихонечку: уйдёт куда-нибудь — и приходи.

МАРФА. Ладно, так и быть. Пошлю его за сеном, а сама — сюда. Целоваться я больно люблю. А мужа прошу поцеловать — отказывается: кусаешься, говорит. Хрыч старый.

САРАФАНОВ. Договорились, значит. Я ж не старый ещё, мы одногодки с тобой, наверное. Я и сам терпеть старых не могу.

(Садятся рядом па диван).

МАРФА. Да такой, как ты, мужик был бы у меня — что ж не жить. Всё бы вместе с тобой делали: и помои выносили бы, и корову поили, и воду бы носили. Ты ж не отказывался бы?

САРАФАНОВ, Ладно-ладно. Обними сначала покрепче, потом поговорим.

(Обнимаются).

Вдвоем-то и прошлое быстрее забудется.

МАРФА. Хоть бы дольше муж не приходил. Так хорошо с тобой — век бы не вставала.

(За сценой кто-то запел).

Ме локта, мича мортӧй,

Тэнсьыд пӧра дженьдӧдны.

Тэнӧ кута, мича мортӧй,

Ёна-ёна радейтны...

МАРФА (заробев). Кто это? Муж, что ли, вернулся? Куда бы спрятаться? Ой, что теперь будет!

САРАФАНОВ. Не знаю, может и вправду он. (Про себя). Точно, это девушка обещанная. А куда ж теперь эту девать? (Марфе). Давай, прячься скорее под диван, чтоб никто не увидел. Смотри, не показывайся. И не шуми.

МАРФА (напугана). Сердце так прыгает: места не находит. (Дышит часто).

САРАФАНОВ. Давай, быстрей забирайся, а то муж застанет — добра не жди. Да тихо тут сиди. Не высматривай никого. Спиной повернись. Если это муж — я будто не знаю, где ты.

(Марфа, наконец, устроилась под диваном). Идёт, идёт ко мне моя красная девушка. И вправду, наверное, красавица: больно уж поёт хорошо. Как раз такая мне и нужна. (Идёт навстречу).

САРАФАНОВ.

Гажӧй бырӧ, мича нылӧй,

Сьӧлӧм косьмӧ тэ понда.

Узьтӧг ола, мича нылӧй,

Тэ йылысь век думайта.

(За сценой снова запели):

Долыд меным тэкӧд ӧтлан

Колльӧдны кузь вой.

Шогыд босьтас, тэ кӧ мутан,

Синва петас, ой...

МАРФА (из-под дивана). Про какую это ты девушку поёшь? Прям до сердца слова доходят — где только петь так научился.

САРАФАНОВ. Тихо ты, тихо. Я ж просто так пока чтоб муж твой ни о чем не догадался. (Про себя). Вот уж весело-то будет.

МАРФА. Как муж придет, скажи, что отослал меня, а потом быстрее выпроваживай.

САРАФАНОВ. Вывернусь как-нибудь. Ты только не вылезай. Не выдам тебя. Если сам жив останусь. (Поёт для девушки).

Дженьыд меным тэкӧд ӧтлан

Коллялны кузь вой.

Шогӧй босьтас, тэ кӧ мунан -

Бырӧ дзикӧдз збой.

(Девица за сценой):

Оз кол меным мича зонъяс

Тэысь ӧприч олны.

Тӧдмасям да ловам тшӧтшьяс -

Нинӧм сыысь полны.

МАРФА. А голос-то девичий. Неужели опять подослал кого-то, меня проверить?

САРАФАНОВ. Может, и так. Мне откуда знать? (Про себя). Вот ведь: не может помолчать, портит мне всё начало. А девушка-то ласковая, видать: вон, как любить обещается. Эх, с молоденькой-то я и сам моложе стану. (К девушке).

Оз ков меным мича нывъяс-

Тэкӧд ӧприч олны.

Тӧдмась мисьтӧм тэ кодь тшӧтшъяс -

Збыльысь чайтан потны.

ДЕВИЦА.

Кыдзи менсьым, мича мортӧй,

Та бӧрын он вун.

Кор нӧ шуан: тэ, нылӧӧй:

Ме сайӧ вай мун.

САРАФАНОВ. Ну, смелая какая: сама себя предлагает, а меня и не видала ещё. Может, и вправду мальчишка меня нахвалил? И не спросит даже — молодой ли, старый. С такой и вправду сразу же обвенчаться можно — видно, что не откажет. А то — на что мне старухи-то.

МАРФА (поднимает голову). Ой, задыхаться стала, терпения больше никакого нету.

САРАФАНОВ. Тихо, тихо. Когда-нибудь и на нашей улице праздник будет, я её здесь долго не буду держать — выгоню скоро. (Девице).

Верит, верит, мича нылӧй,

Воас шуда лун,

Ӧні юрын гырысь бара-й

Эм на мукӧд дум.

ДЕВИЦА.

Ачыд корин, мича мортӧй,

Сqӧн локті нарошнӧ.

Ме ӧд том на, мича мортӧй,

Нинӧм повны сы вӧсна.

САРАФАНОВ. Нет мочи моей терпеть — тут же венчаться позову. Если всё у нас сладится — будем жить, как Остап про себя рассказывал. Сейчас же позову. (Поет).

Ме ог ыждал, мича нылӧй

Пыр нин татчӧ регыдджык.

Лосьӧд вомтӧ, мича нылӧй,

Окала ме гусьӧник.

(Входит девушка, шалью скрывающая немолодое пицо).

ДЕВИЦА.

Аслад воля, мича мортӧй,

Нинӧмысь ог пык,

Окал, позьӧ, мича мортӧй?

Сэтысь оз ло зык..

САРАФАНОВ (неприятно удивлён, сторонясь гостьи). Это ещё кто? Ну и пугало!.. Что ты здесь делаешь? Не нужна ты здесь... Такая... Не звал я тебя... Уходи. Ты, наверное, заблудилась.

ДЕВИЦА. Да ко мне тут мальчонка только что приходил, к тебе звал — не отпирайся... Ни за что теперь не уйду. Ну, давай, приласкай меня, поцелуй, — я ж для этого и пришла. И не старая я совсем — не увиливай. (Хочет подойти поближе).

САРАФАНОВ (готовясь убежать). Прочь, старая ведьма, уходи с глаз долой. Не звал я тебя, не звал!

(Хватается за голову).

Ой, караул! Караул! Идите, защитите кто-нибудь! Уцепит ещё рукой костлявой!

ДЕВИЦА (закрывая рот рукой от смеха). Караул! Караул — громче кричи!.. Да поцелуй сначала — нечего зазря звать было. А не то возьму да и удавлю тебя своими руками.

САРАФАНОВ (отворачиваясь). И губы обвислые, и в морщинах вся, не нужна мне такая, не буду с тобой целоваться, уходи, тебе говорят. Что ты, есть меня собираешься, что ли? Пусти меня, пусти, — и нос вон у тебя усох уже, и рот — всё старое.

ДЕВИЦА. Ни за что тебя не отпущу, пока не поцелуешь! Звал — значит, я теперь с тобой буду. (Приближает к нему свои губы). Поцелуй, не убегай. Не то задавлю как кутёнка — так и знай.

САРАФАНОВ (про себя). Ну что, ну неужели придется... Нет, нет! Не могу, противно старуху целовать! Пусти меня, пусти! Иди вон к Моське — он тебя всю зацелует.

ДЕВИЦА (вытягивая руку). Целуй, говорят — я тебя научу сейчас, каково девушек обманывать, и вправду возьму да удавлю. Слышишь?

(Берет Сарафанова за голову и целует. В это время из-под дивана выползает Марфа и тоже приближается к Сарафанову).

МАРФА. Её целуешь — и меня не позабудь! — сам же завлекал. Пока не поцелуешь — не уйду!

САРАФАНОВ (утирая губы). Кажется, и мои губы сразу дряблыми стали — будут потом называть судьей вислогубым.

ДЕВИЦА. Ещё, ещё целуй — нечего звать было!

МАРФА. А меня? Я тоже целоваться хочу! (Сама выпячивает губы и встаёт в очередь за девицей).

САРАФАНОВ. Ну, тебя-то я поцелую!

(Целуются. В это время в избу входит Остап. Увидев такое дело — тут же бросается с туесом на Сарафанова, колотя его по спине).

ОСТАП. Смотри, кого целуешь! Это жена моя, моя жена, тебе говорят!

САРАФАНОВ (кричит). Караул! Караул!

(Бегает вокруг стола, за ним гонится Остап, потом — девица. За девицей - Марфа).

ВСЕ. Караул! Караул!..

ЗАНАВЕС


Примечание:

В рукописи под заголовком запись: "Впечатления из жизни 1917 года".

Komi   -   Литература

Реклама Google: