Komi Zyrians Traditional Culture

КОМИ КУЛЬТУРА ГРАММАТИКА СЛОВАРИ ЛИТЕРАТУРА МУЗЫКА ТЕАТР ЭТНОГРАФИЯ ФОТОАРХИВ КНИГИ

Свадьба народа коми Часть II. Глава I. Свадебная поэзия у коми.


"СВАДЬБА НАРОДА КОМИ",
Ф.В.Плесовский, 1968.

ТЕМАТИКА, СОДЕРЖАНИЕ И ХАРАКТЕР ПРИЧИТАНИЙ


Готовят невесту, она поет. Ижмо—колвинский эпос. Спектакль "Керча—Ю" Национального музыкально-драматического театра,  Сыктывкар, 11/2007.

Прежде свадьба у коми непременно сопровождалась причитаниями. Не каждая невеста могла исполнить весь цикл причитаний, поэтому для исполнения этой роли приглашались мастера, точнее, мастерицы-причитальщицы. Родители более богатых невест приглашали двух причитальщиц. Начиная с рукобитья, невеста опрочитывала свою жизнь, прощалась со своими родителями, родственниками, подругами. Причитания большей частью исполнялись сидя: причитальщица (сидящая обычно по правую руку от невесты) исполняла приуроченный к тому или иному обрядовому действию причет (иногда ей подпевали другие женщины или подруги, сидевшие обычно слева). Невеста же, закрытая большим платком, сидела между ними, плакала навзрыд и ударяла руками по своим коленям*. Причитания, как и обряд, в разных районах значительно разнятся. Есть, однако, в причитаниях всех районов общие темы, сходные по содержанию и характеру причитания.

Примечание*: Вишерские невесты во время причитаний сидели на подушке.

Причеты коми по характеру и содержанию разделяются на причеты-описания, причеты-обращения, причеты-благодарности, причеты-хуления. Деление это, правда, весьма условно, т.к. в каждом из причетов можно видеть и описание, и обращение, и благодарность.

В причитаниях родителям, например, основным мотивом является выражение благодарности, в причитаниях жениху - обращение, просьба и т.д. Но в этих же причитаниях имеются и другие мотивы (сетования, восхваления и т.д.).

Кажется естественным делать обзор причитаний по их хронологическому исполнению. Однако такой способ рассмотрения свадебной поэзии коми оказался неприемлемым из-за того, что одни и те же причитания в разных районах исполняются в различное время. Так, в одних районах причитания начинаются с описания места сидения девушки, в других — с сетования родным, в третьих — с благословения и т.д.

Другим возможным способом изложения материала по нашей теме является обзор причитаний по районам. Однако при таком обзоре трудно избежать повторений. Потому мы решили дать вначале общую характеристику причитаний, т.е. рассмотреть темы, общие для всех районов, а для редко встречающихся тем, для определения причитанйй отдельных районов решили выделить особую главу.

ПРИЧИТАНИЯ ОБЩЕГО ХАРАКТЕРА

Описание места сидения. Завязкой для причитаний некоторых районов (Сыктывкар, средняя и верхняя Вычегда) является причет-описание. В содержание этого причитания обычно вкладывается описание места, на которое села невеста, затем следуют сравнения — каким образом сидит невеста, завершается причитание перечислением опасных для жизни человека мест, на котором она будто бы находится в данный момент. Причет относится к одному из устоявшихся, тридиционных; изменениям, включению импровизационных моментов он не подвергается. Варианты отличаются друг от друга очень мало. Так, например, в Тентюкове описание конкретного места, места сидения девушки, начинается с таких указаний:


Деревянная скульптура в Центре Коми культуры
Сыктывкара
. Автор неизвестен. Тема "Райда и Ягморт".

Юрвыв пӧ вӧд ме пукси
   Да вевта инӧ,
Кокув пӧ вӧд ме пукси
Да поска инӧ,
Енсянь пӧ ме пукси
Медсӧстӧм местаас,
Ассянь пӧ вӧд ме пукси
Медлӧсьыд местаас,
Йӧзсянь пӧ вӧд ме пукси
Медгажа местаас...

Села ведь я на место
С крышей над головой,
Села ведь я на место
С полом под ногами,
От бога ведь я села
На самом чистом месте,
От себя ведь я села
На самом лучшем месте,
От людей ведь я села
На самом веселом месте...

Далее перечисляются: у окна, сделанного чужим человеком (мортӧй пиӧй), на брусовой скамье, у отструженной и подороженной (стружитӧм-дорожитӧма) стены. Затем описание выходит за пределы избы; перечисляются: (девушка сидит) у крутого осыпающегося берега; у курьи, выходящей в Сысолу; на Сысоле, при выходе на Вычегду; на средине Вычегды при выходе в Двину; на средине Двины при выходе в море; если в море меня вынесет и не "посчастливит" (шудӧй кӧ пӧ да таланӧй оз пет), придется всю жизнь плавать с волны на волну. Причет кончается выражением пословичного содержания:

Сюн берегсьыс кӧ пӧ вӧд ме тойыштся,
Лыа берегас пӧ вӧд ог вермы кутчисьныс.

Если оттолкнусь от глинистого берега,
Не пристать мне к песчаному берегу.

Вторым, весьма характерным, образцом для причитаний на эту тему является шошкинский вариант. Здесь невеста начинает свои причеты сразу с указания на то, как она сидит:

Брус дор меӧй пукси
Зэв бруситана пырысь,
Сус пу мыр меӧй пукси
Зэв сӧстӧма пырысь,
Кыдз пу мыр меӧй пукси
Зэв едждӧдӧма пырысь...

У бруса я села
Очень крепко (букв. "брусчато"),
Как пень кедра я села
Очень чисто,
Как березовый пень я села
Очень побелевши...

Описание это прерывается характерным для причитаний на эту тему выражением:

Эг ме кӧсйы чуктыны
Дас кык лагыра чертӧг
Да дас кык уль пу зортӧг,
Немцы-татара тай локтісны,
Мелі кывнас да ласков кывнас
Чуктӧдны тай пондісны.

Не хотела я отрываться
Без топора с двенадцатью бородками
И без двенадцати сырых колов.
Немцы-татары, оказывается, пришли
И нежным языком, ласковым языком
Стали меня отрывать.

Во всех причетах на эту тему обязательно перечисление мест, опасных для жизни, и описание уплывания по рекам в море. Так, в причитании из Выльгорта говорится, что ручей выносит невесту в речку, речка в Сысолу, Сысола в море. В некоторых случаях в окончании причитания, кроме уже сказанного плавания по морю, содержится обращение к брату с просьбой дать невесте лодку и весло.

Вай меным куим мегыра пыжтӧ
Да ӧтка лопта пелыстӧ,
Гашкӧ, кодарас кӧ ме воа.

Дай мне лодку с тремя дугами
И однолопастное весло,
Может, подплыву к какому-либо берегу. (Выльгорт).

Нет надобности перечислять все незначительные варианты; причитание о месте сидения больше, чем другие, придерживается единой схемы.

Главное в причитании — выражение посредством художественно ярких сопоставлений опасения невесты перед будущим, выражение предчувствия грядущего горя.

Тема, выраженная в этом причитании лишь в общей форме, в последующем будет детализироваться в причетах, адресованных непосредственно к своим родным, а также к жениху и его родным.

См. также: Александра Обрезкова и песня "Кӧкӧй".

Описание девичьей жизни. Какой бы ни была трудной жизнь у родителей, девушка, выходящая замуж, рассказывает о своем девичестве, как о поре веселой, беззаботной, вольной.

Так как прощание с девичеством — основное в содержании свадебных причитаний, естественно, что этой теме уделяется наибольшее количество художественно ярких и глубоко эмоциональных метафор, сравнений, образно-поэтических обобщенных формул. Причитания утверждают, что девичья жизнь — пора цветения, созревания. Объектами для сравнений берутся обычно земляника, борщевик, цветы шиповника.

Чветитін тэ вед нин коль чветӧй моз, оз дзоридзӧй моз,
Тӧлдзас тэнад нин коль чветанӧй, оз дзоридзанӧй,
Тӧрмытӧм вӧлін заргумьянӧй кодь,
Кисьмытӧм вӧлін оз дзоридзӧй кодь...

Цвела ты, как цвет шиповника, как земляники цвет,
Отлетит твой цвет шиповника, земляники цвет,
Была (ты) как неотвердевший стебель борщевика,
Как несозревший земляничный цвет.   (Летка, Слудка)

Девичья жизнь — это пора неведения жизни:

Пуксьӧмыд тэ этчы нем тӧдтӧманӧй, нем аддзылтӧманӧй,
Бур йӧзӧнайӧ петаллытӧманӧй,
Йӧз нянь-соланас сёйлытӧманӧй.

Сидишь ты тут, ничего не знающая, ничего не видевшая,
К добрым людям не выходившая,
Чужой хлеб-соль не евшая.   (Летка, Черемухово)

Пора девичества — это пора "царствования", пора полной, никем и ничем не стесняемой свободы.

Югыд шондіӧй менам ныл олӧмӧй,
Ныл вӧляӧй да ныл сарствоӧй,
Дас кык вӧляӧн вӧлюйгӧмӧй,
Да кызь кык сарствоын сарствуйтӧмӧй,
Сявкъялӧмӧй да менам разъялӧмӧй,
Лун бок керӧсӧй матушкаӧй дінын
    кисьмӧдчӧмӧй да сӧлмӧдчӧмӧй,
Ӧшинь пасьта менам видзӧдлӧмӧй,
Ӧдзӧс пасьта пырӧм-петӧмӧй,
Лун сьӧрти менам платтьӧ новлӧмӧй,
Гудӧк сьӧрти менам сьылӧм-ворсӧмӧй...
...Дозмӧр койтӧй менам войпуканінӧй —
Сэтшӧм менам муса чой-вокъяскӧд гажӧдчӧмӧй.

Светлое солнце моя жизнь девичья,
Воля девичья и царство девичье,
Двенадцатью волями вольничанье,
В двадцати двух царствах царствование,
Блистание мое и сияние,
У матери-горы, обращенной на юг,
    созревание и укрепление,
Во все окна мое смотрение,
Во всю дверь мое хождение,
По дню платья мое ношение,
Под гармошку мое пение-плясание...
Тетеревиный ток мои посиделки,
Там с милыми братьями и сестрами "веселение". (Лозым)

Пора девичества — пора "блистания" девушки, пора известности, хорошей, доброй славы, пора, когда у девушки "большая власть". Дни девической жизни — пора сплошных празднеств. Хорошо об этом сказано в причитании, записанном в с. Турья Княжпогостского района

Вердан-вердысьӧй иыы олӧмӧй,
Вердан-вердысьӧй ен олӧмӧй,
Ыджыдалана дай ыджыд туйӧй,
Вердан-вердысь паськыд туйӧй,
Поповскӧя дай шонді вердан-вердысь ыджыд власьтӧй,
Ен во гӧгӧръя ыджыд праздникыс моз празничайтӧмӧй,
Вердан-вердысь ныы олӧмӧй,
Ен во гӧгӧръя ыджыд праздникыс моз празничайтӧмӧй,
Вердан-вердысь кокоракань шондіӧй, мича торйӧс новлан пӧраӧй,
Чветнӧй шонді да мича платтьӧӧс линяйтан время...
Питир кар шӧрӧ нималана зердан-вердысь ныы олӧмӧй,
Пӧквалитчана да величество койд нин олӧмӧй...

Вердан-вердысь девичья моя жизнь,
Вердан-вердысь божья жизнь,
Важная и большая дорога,
Вердан-вердысь широкая дорога,
Поповская да, и солнце, кормилец-поилец, большая моя власть,
Круглый год как в большой праздник праздничанье,
Вердан-вердысь девичья жизнь, круглогодовое большое постничание,
Вердан-вердысь, чемерица (название травы), солнышко, пора ношения красивой одежды,
Пора линяния цветного, солнышко, красивого платья,
До Питера известная, кормилица-поилица, девичья моя жизнь,
С хвалой, солнышко, да "как величества" девичья моя жизнь...

Примечание: Вердан-вердысь (букв.) - кормилица-поилица.

Выражения "царский чин", "боярская моя власть" в описаниях такого характера встречаем довольно часто.

Невеста, рассказывая о своей юности, особенно часто говорит о своей беззаботности. Неоднократно она говорит о том, что в родном доме она не знала не только горя, но и тяжелой работы.

Тані пӧ вед олі да шогсӧ пӧ эг тӧдлы,
Да удж-роботасӧ эг тӧдлы.
Толькӧ пӧ вед красуйгчи да гажӧдчи.

Здесь ведь я жила и горя не знала,
И работы-труда не знала,
Только красовалась и веселилась...

Особенно старались подчеркнуть свою беспечность в причитаниях, обращенных к матери. Матерей благодарят за то, что они нежили своих дочерей; хвалятся тем, что просьбы матерей по утрам выполнять не торопились.

Югыдлунӧй пӧ менам уна ветлӧмӧй,
Югыдлун пӧ менам уна гӧститӧмӧй,
Югыдлун пӧ менам ай-мам борд улын чӧскыд узьӧмӧй...

Светлый день, мое многое "хождение",
Светлый день, мое многое "гощение",
Светлый день, мой под крылом отца-матери сладкий сон... (Лозым)

Мотивы беспечальной жизни в разных вариантах повторяются в причитаниях неоднократно. В причитании из Кибры та же мысль дается в несколько иной редакции:

Ӧтпыр вед горӧдан, да
Кос выйӧнӧ шебрася,
Мӧд пӧӧ горӧдан, да
Сьыліӧдзӧ шебрася,
Коймӧд пӧӧ горӧдан, да
Юрвывтіӧ шебрася,
Нёльӧд пӧӧ горӧдан, да
Вӧлисти на ме нёдзӧдча,
Витӧд пӧӧ горӧдан, да
Сэк на меӧй кыпӧдча,
Квайтӧд горӧдӧмын
Меӧй суута.
Сизимӧд пасьтася...

Раз ты кликнешь —
До пояса накроюсь,
Второй раз кликнешь —
До шеи накроюсь,
Третий раз кликнешь —
С головой накроюсь,
Четвертый раз кликнешь —
Только тогда растянусь,
Пятый раз кликнешь —
Только тогда приподымусь,
Шестой раз кликнешь —
Я встану.
В седьмой раз — оденусь. (Отлы)

В причитании, записанном в Шошке (Сыктывдинский район), невеста рассказывает о своей беззаботной жизни даже явно в преувеличенной форме.

Кык мам дінын моз вӧд ме тані олі да
Кык бать дінын ме тані овлі,
Уджтӧ да робота вӧд ме эг помавлы,
Ветлӧдлӧм да узьӧм ме только тӧдлі...

Как у двух матерей ведь я здесь жила,
У двух отцов я здесь жила.
Дело и работу я не заканчивала,
Ходьбу да сон только я и знала.

Девушка коми, разумеется, не имела таких возможностей проводить свою юность — "только спать и гулять". Детство и юность большинства крестьянских детей проходили в нужде, в труде, часто тяжелом и непосильном. Однако в этот важный для жизни девушки момент она подчеркивает именно это, т.к. предстоящая жизнь, как увидим ниже, представлялась ей, и не без оснований, еще более тяжкой и горестной. Не много минут веселья и радости выпадало на долю девушки коми, дочери трудового крестьянина. Однако в причитаниях описания веселья, гуляний вытесняют все другие темы — тему труда, тему бедности и т.д. Правда, в этих описаниях не воспроизводятся конкретные факты, детали. О гуляниях говорится вообще. В тех же случаях, когда описания конкретизируются, ощущение утраты еще более усиливается точно найденными сопоставлениями, которыми воссоздаются картины счастливой юности. Такого характера, например, отрывок причитания, в котором о веселой юности сказано более или менее конкретно.

Петаламӧ, гӧлльӧ, муса сочьясмыд ми берегӧ,
Босьтамӧ ми сьыланкывъянӧс,
Ю катыд кылӧ дас вит верс выйӧ,
Ю кывтыд кылӧ кызь вит верc вийӧ...
Мӧдамӧ ми, гӧлльӧ, мунны муса сочьясмыд
Кокӧн-пӧлӧн чеччалігтырйӧ,
Сойӧн-бордйӧн лэбалігтырйӧ,
Пипу листӧй моз сялькъялігтырйӧ...

Выйдем, бывало, с милыми сестрами на берег,
Запоем мы песню,
Вверх по реке слышна (песня) пятнадцать верст,
Вниз по реке слышна двадцать пять верст...
Пойдем, бывало, мы с милыми сестрами,
Подпрыгивая то на одной, то на другой ноге,
Летая на руках-крыльях,
Шурша, как осиновый лист...     (Объячево)

В текстах причитаний почти всех районов веселье, беспечность выражаются посредством весьма оригинальных и смелых сравнений таких как: "таг коль кодь кокни юрнаным да баннаным" ("с легкими, как шишка хмеля, головами"), сравнений с птицами, рыбами и т.д. об этом мы подробней будем говорить ниже, при рассмотрении художественно-композиционных особенностей причитаний.

Восхваление косы. Восхваление поры юности, девичества в причитаниях неизменно сочетается с восхвалением косы. Ниже будет указано, что оплакивание косы в отдельных местах сопровождается специальной инсценировкой. Восхваление косы, кроме того, производится и вне связи со специальными, значительными по объему причитаниями и делается это в той же форме, как и описания девичьей жизни. Приведем некоторые характерные образцы описаний косы в причитаниях невест из различных районов.

Так, в причитании из Объячева коса показана как объект внимания всех родственников.

Разьсис тай менам руса кӧсаӧй, зарни юрсиӧй,
Дзӧвкъяліс-волькъяліс бур шӧвканӧй кодь,
Ӧспӧдарушко-батюшколӧн плетитлӧмторӧй,
Сударина-матушкалӧн дрӧчитлӧмторӧй,
Любимӧя муса сочьяслӧн зуавлӧмторӧй,
Бӧяринушко муса вокъяслӧн сынавлӧмторӧй,
И аслам рытсоръя и асывводзья первойя работаанӧй,
Кӧмтӧм кокӧн и мысьтӧм чужӧма кутчыся ме первой руса коса дінӧ.

Расплелась моя русая коса, золотые волосы,
Блистала-сияла (она) как хороший шелк,
Господарюшком-батюшком заплетенная,
Сударыней-матушкой балованная.
Любимыми милыми сестрами зачесанная,
Боярами-милыми братьями расчесанная,
И своя вечерняя и утренняя первая работушка,
С босыми ногами и с неумытым лицом первым я берусь за русую косу...

В причитании из Шошки (Сыктывдинский район) главным при описании косы выделена ее красота:

Косӧй пӧ да красаӧй,
Мышку шӧр пӧквалаӧй,
Мича сьӧд кӧсаӧй,
Мышку краситысьӧй...

Коса, ты моя краса,
Тела моего похвала,
Красивая черная коса,
Спину мою украшающая...

В причитании из Палевицы видим те же мотивы — коса-краса и первая забота девушки.

Сьӧд шӧвк юрсиӧй,
Да алӧй шӧвкӧн кыӧма кӧсаӧй,
Мышку шоръя краситысьӧй
Да шӧвк кӧсаӧй...

Черные шелковые мои волосы,
Да алым шелком заплетенная коса,
Средину спины украшающая
Шелковая коса...

В вымских причитаниях восхваление косы производится весьма своеобразно. Здесь это достигается перечислением различных цветов, которые будто бы имеет коса. При этом упоминание цветов косы сопровожают слова вердысь — "кормилица", шонді — солнце.

Сьӧд шӧкӧй да шондіӧй
Волькыд вердысь кӧсаӧй,
Гӧрд шӧкей да шондіӧй
Краснӧй вердысь кӧсаӧй,
Еджыд шӧкей да шондіӧй
Белӧй вердысь кӧсаӧй,
Лӧз шӧкӧй да шондіӧй
Рӧма вердысь кӧсаӧй,
Виж шӧкей да шондіӧй
Цветнӧй вердысь кӧсаӧй,
Веськыд пельпом выыті
Видлан вердысь кӧсаӧй...

Черный шелк солнышко,—
Гладкая, кормилица, коса,
Красный шёлк солнышко,—
Красная, кормилица, коса,
Белый шёлк, солнышко,
Белая, кормилица, коса
Синего шелка, солнышко,
Цвета, кормилица, коса,
Зеленый шелк солнышко,
Цветная, кормилица, коса,
Через правое плечо свое
"Трогаемая", кормилица, коса.  (Онежье).

Восхваление девичества, воспевание косы производится с той целью, чтобы сильнее подчеркнуть трагизм совершающегося. Вольной, независимой, беспечной, веселой жизни в девичестве почти сразу же противопоставляется жизнь в замужестве.

Взгляды на будущее у невесты. В будущей своей жизни девушка не видит ничего радостного. В замужестве,— говорит невеста,— она потеряет не только свободу. Ей придется жить в вечном страхе, в голоде, в холоде. Все будут обижать ее, помыкать ею. Для того, чтобы показать это, создаются конкретные, реальные картины, подбираются мелкие бытовые детали, характерные для того или иного явления.

Йӧзас кӧ лоӧ мунны да
Чорыд няньторъяс корсявны да сёйны.
Йӧзас кӧ ме муна да
Ловӧ лёк пон моз (мен) ӧти плака вывті ветлӧдлыны да
Ӧшинь дорйывтіыд видзӧдлынытӧ он лысьт.
Татӧні пӧ ме иг вежа россӧ аддзыв,
Сэтӧні вӧд лоӧ овны ки вачкӧд туйын да кок чужйӧд туйын.

Если в люди придется пойти, то
(придется) черствые куски хлеба искать и есть.
Если в люди я пойду,
То как худой собаке мне по одной половице придется ходить,
В уголок окна взглянуть не посмеешь.
Здесь не видела я зеленого голика,
Там мне придется быть битой и пинаемой.  (Ипатово)

В Помоздине и в Сыктывкаре невесты опасаются того, что даже их походка будет предметом насмешек и укоров.

Гораджыка кӧ ме воськолта,
Ош моз пӧ тай грымъялӧ.
Надзенджьік кӧ ме ӧд воськолта,
Кань моз пӧ тапъялэ.

Гашкӧ, ме ай-мам водзас
Муна да ог куж овнысӧ,
Небыдджыка кӧ кута тувччавны,
Коксӧ пӧ кыскавны оз вермы,
Чорыдджыка кӧ пӧ тувччысяс,
Джодж плакасӧ пӧ вӧд кутіс чегъявны.

Если громче я ступлю,
Как медведица де гремит,
Если тише я ступлю,
Как кошка де шагает.    (Помоздино)

Может, к чужим отцам, матерям
Пойду и не сумею жить,
Мягче я буду ступать,
Скажут — не может ноги таскать,
Если громче наступится,
Скажут — половицы стала ломать. (Тентюково)

В причитании из В. Вочи (Усть-Куломский район) будущее девушки показывается путем кратких, близких к поговорочным, выражений и метафорических сравнений.

Оз ке не баар удайтчы,
Дас пиня сынанэн сыналасні
Меей конерлысь (кӧсаӧс),
Дас кык гӧред сае гӧрддзаласны
Оз ке пе бара удайтчы,
Дас кык томан сае томналасні.

Если не удастся,
Десятизубовым гребнем расчешут
У меня у бедной (косу).
Двенадцатью узлами завяжут,
Если не удастся,
За двенадцать замков запрут.

В причитаниях из Объячева фразеологические сочетания, употребляемые для изображения жизни в будущем, чередуются с оценкой жизни в людях:

Олі пӧ ме матушка дінын баруняӧй моз,
Он мӧд туйны йӧзад пывсян пес вылӧ.
Сераласны тэнсьыд кыл воръянӧй,
Нерасны тэнсьыд мича походкаанӧй,
Ой не дай господи йӧзын-мортын олны...

Жила я у матушки вроде барыни,
В людях не будешь годиться для растопки бани (идиома),
Осмеют твою моду разговаривать,
Дразнить будут походку твою,
Ой не дай господи в людях жить...

В причитании из Корткероса контраст между девичеством и жизнью замужем показывается изменением голоса: невеста потеряет свой девичий голос.

А ме вед сэтчӧ муна, да
Омра пӧлян гласӧй
Чер шыӧ пӧрӧ,
И ме вед сэтчӧ муна, да
Еджыд шобді гласӧй
Кага бӧрдӧм шыӧ пӧрӧ.

И как туда я пойду,
Мой голос, подобный звуку дудочки,
В звук топора превратится,
И как туда я пойду,
Мой "бело-пшеничный" голос
В плач ребенка превратится.

Почему было трудно жить молодой женщине в семье мужа, хорошо раскрывается в летских причитаниях. Жизнь будет зависеть от того, каков будет характер мужа, будет ли он прислушиваться к словам жены; многое зависит и от характера свекрови. От сестер мужа невеста не ждет ничего хорошего.

Мӧдас ли оз ли олан пӧланӧй
Пуктыны морттуянӧйӧ?
Кылзыны мӧдас ли оз ли
Менчым шыанӧйӧс?
Кутшӧмъя луӧ энька пуанӧй?
Петшӧранӧй кодь луӧ сія миян вылын.
Мӧдас ли оз ли лючки кесйӧднысӧ, велӧднысӧ?
Аянылъясӧй оз мӧдны пуктыны морттуянӧйӧ,
Горӧдчасны нида миян вылӧ
Чорыдика да лэчыдика,
Уджалам ми нидаысь кык мыда;
Оз пуктыны миянлысь удж туянӧйӧ.
Проктӧмӧсь луам, кужтӧмӧсь луам.

Будет ли мой суженый
Считать меня за человека?
Будет ли он слушать
Мой голос?
Какой-то будет свекровь моя?
Как крапива она будет над нами.
Будет ли по-хорошему наряжать-учить?
Сестры мужа не будут считать за людей,
Крикнут они на нас
И крепко и остро,
Будем работать мы вдвое больше их,
Не будут считать нашу работу за дело.
Неумелыми будем, непутевыми будем.

Главным, от кого зависит жизнь в замужестве, бесспорно, был муж, и потому основное внимание в причитаниях ряда районов уделяют мужу, его характеристике. В причитании из В. Вочи, например, жизнь с мужем раскрывается с помощью противопоставлений, с помощью употребления идиоматического характера фразеологизмов.

Чужей мужикыдлэн небыд киыс —
Бордор лежнэг кодь пе кийыс,
Небыд же эське вольпасис да,
Тыдор лежнэг кодь,
Чужей мужикидлэн,
Оз ке пе бара удайтчы,
Чужъян кокыс кок чунь йылас,
Чужей мужикидлэн,
Оз ке удайтчы,
Верман кийыс чуньпом йылас.

У чужого мужа мягка рука —
Как шиповник у межи рука,
Мягкая будто у него постель —
Как шиповник у озера постель,
У чужого мужа,
Если не удается,
"Пинающая" нога на конце пальца ноги,
У чужого мужа,
Если не удастся,
Властная рука на конце пальца руки.

Опасение оказаться "кок чужйӧд туйын да ки вачкӧд туйын" (идиома, смысл ее — быть объектом побоев), повторяется в причетах многих районов. В будущем невесте придется терпеть и косые взгляды, и злые слова. Голодная, босая, она и протестовать против унижений не посмеет:

Синмысь синмӧ нин лоӧ видзӧдны,
Пельысь пельӧ лоӧ кывзыны...

Из глаза в глаз придется смотреть,
Из уха в ухо придется слушать...  (Палевицы)

Либо:

Уна ӧд мен сэн лоӧ тшыгсӧ пыкны
Да кӧмтӧм коксӧ да пасьтӧм вывтырсӧ терпитны,
Гашкӧ, ме ог кут аддзывны
Вомтӧм-вортӧм сёйӧмсӧ да юӧмсӧ,
Гашкӧ, ме и джодж кузяыс ог понды
Тувччыныс кужны...

Много мне придется там голодом жить,
Босой быть и наготу терпеть,
Может, там не удастся мне
Без упрека ни пить, ни есть,
Может, там и по полу пройти
Не буду уметь.    (Палевицы)

Причитания полны сетований на то, что впереди невесту ожидают побои мужа ("Оз мӧд быравлыны менам, грешничалӧн, лӧзтӧминанӧй"), тяжкий и безрадостный труд ("Оз мӧд косьмывны сэтӧн ва бӧж доранӧй, оз мӧд сывлыны кын коканӧй"), бедность ("Оз ло менам, гашкӧ, грешничалӧн, тая морт дінын куим шуля кӧманӧй" (Объячево). О потере свободы, о потере воли хорошо сказано в причитании из Прокопьевки (Прилузский район).

Петан кӧ, мунан тэ вӧляанӧйӧ,
Пырны мӧдан гортанӧйӧ
Кылзысигтырйӧ, ӧзь куричьясӧс зыралігтырйӧ,
Скӧбаясӧс малалігтырйӧ.

Пойдешь-выйдешь ты на улицу,
Будешь входить к себе в дом,
Прислушиваясь, дверные косяки обтирая,
До скобы дотрагиваясь.

Замужество приводит не только к потере независимости, свободы. После замужества окажется, что у невесты нет никакого уменья, никакой способности. Все это приводит к потере сил, к запуганности и дряхлости.

Мунан кӧ, локтан мӧд местаӧйӧ,
Усяс-вошас тэнад прок соданӧй,
Сылас-косьмас тэнад виръяянӧй,
Он жӧ тэ мӧд кужны нем уджалнытӧ,
Сюлтчасны тэнад кырымъясанӧй,
Сырмыны мӧдас тэнад веманӧй.

Пойдешь-придешь ты в другое место —
Потеряются твои способности,
Растает, высохнет твое тело,
Не будешь уметь ты ничего делать,
Дрожать будут твои руки,
Дрожать будет мозг в голове. (Летка, Прокопьевка)

Приведем еще один отрывок из причитаний, в котором невеста представляет, какие конкретно упреки ей придется слышать в будущем:

Мун тэ ӧні нидаӧй ордӧ —
Содас жӧ, ыждас тэнад кынӧманӧй,
Ыджыдджык пӧ колдзас тэнад вӧснаыд
Шыд гырничанӧй и нянь шомӧсанӧй!

Пойди теперь ты к ним —
Больше будет у тебя живот,
Из-за тебя мол больше нужны
И горшок супа, и квашня хлеба.  (Черемухово)

Невеста подчеркивает, что в новой семье именно ее заставят выполнять самую тяжелую и трудную работу.

Тан вед вӧлі ме веретя шӧр ытшкысь-куртысь,
Сэні вед ме лоа сён ытшкысь-куртысь,
Тан вед ме олі да сьӧкыд уджсӧ эг тӧдлы,
Сэтчӧ вед муна да медсьӧкыдсӧ кутасны тшӧктыны...

Здесь ведь я косила на "веретях" (возвышенных, высоких местах пожен),
Там мне придется косить "сёны" (места, заросшие кустарником, кочковатые участки),
Здесь ведь я жила и тяжелой работы не знала.
Пойду туда и заставят самое трудное делать.   (Сторожевск)

Семейный деспотизм, бесправье молодой в семье мужа в причетах показывается, как видели, описательно. Та же тема породила немало художественно ярких сравнений. Приведем два примера из причитаний на Выми. В одном из них девушка сравнивает свое будущее с жизнью кошки и собаки:

Инька-айка дорас воа да
Ог лысьт кӧтшас увсьыс вӧрзьыны.
Кань чикыльӧн мен лоӧ чиклясьны,
Пон вӧрас моз мем полыштны-вӧршасьны.

Приду я к свекрови-свекру —
Не посмею тронуться из-под порога.
Как кошке, мне придется изгибаться,
Как собаке, боясь, подходить-двигаться.

Еще более конкретно тема эта раскрывается сравнением жизни молодой с жизнью петуха зимой.

Тэ ӧд сьылыштан да
Пызан дорӧ тір-пор лэбзян,
Да и сэн на тэныд не места.
Сэсся сэсь петан да
Йӧртӧм дор выланые лэбзян,
Вӧлисьти тэныд места койд.
Кутшӧм тэяд позъяд
Тӧвсӧ олӧмыд,
Ки пыр да син пыр сёйӧм виччӧмыд —
Сэтшӧм пӧ да лоӧ выль олӧм.

Ты ведь пропоешь
И к столу "тір-пор" полетишь,
Да и тут тебе еще не место.
Потом оттуда выйдешь,
Сядешь на изгородь.
Только тут тебе вроде место.
Как в клетке твоя
Зимняя жизнь,
Ожидание — когда есть подадут —
Такой же новая жизнь у меня будет.  (Онежье)

Из наблюдений над жизнью коми женщин в замужестве возникли те интересные сравнения, метафоры и противопоставления, которыми изобилуют причитания коми. В одном из причитаний судьба женщины коми выражена в форме следующей метафоры.

Баба олӧманӧйӧс кӧть пӧ шыбитлан -
Жар бианӧйӧ,
Кӧть пӧ шыбитлан паськыд ва вылӧ,
Оз жӧ вед сот жар бианӧй,
Оз жӧ вед кылӧд визыл ваанӧй...

Бабью жизнь хоть бросишь в жаркий огонь.
Хоть бросишь на широкую воду,
Не сожжет ведь и горячий огонь
Не снесет ведь и быстрая река...  (Мутница)

В другом причитании из Летки то же выражено в форме сравнений:

Баба олӧманӧй,
Крутӧ чойӧс кайӧм кодянӧй;
Ныл олӧманӧй,
Нень коль чветон моз чветитӧманӧй,
Баба олӧманӧй лежнӧг кустанӧй кодь.

Бабья жизнь —
Как подъем на крутую гору;
Девичья жизнь —
Как цветение цветов шиповника,
Бабья жизнь как куст шиповника. (Прокопьевка)

Прием противопоставления в причитаниях весьма распространен. Так, например, в причитании из Пезмога говорится, что бабья жизнь — тяжелая болезнь, ненастная ночь

Ныв олӧмӧй да
Долыд олӧмӧй.
Баба олӧмыд да
Кӧдзыд висьӧмыд да,
Арся пемыд слӧта вой.

Девичья жизнь —
Вольная жизнь,
Бабья жизнь —
Холодная болезнь,
Осенняя ненастная ночь.

Свадьба народа Коми

Реклама Google: