Komi Zyrians Traditional Culture

КОМИ КУЛЬТУРА ГРАММАТИКА СЛОВАРИ ЛИТЕРАТУРА МУЗЫКА ТЕАТР ЭТНОГРАФИЯ ФОТОАРХИВ КНИГИ

Питирим Сорокин    статьи по этнографии коми-зырян

СОВРЕМЕННЫЕ ЗЫРЯНЕ  (1911)

in 1917

Продолжение статьи ЧАСТЬ 2 →  

Хотя зыряне живут у нас под боком, однако, едва ли мы много знаем о них. Во всяком случае, широкая публика если и слыхала о них, то общая черта всех этих распространенных представлений о зырянах та, что зыряне рисуются народом отсталым, полудиким и даже чуть ли не дикарями. И книги о зырянах, по крайней мере те, которые наиболее распространены, рисуют сплошь и рядом зырян в том же роде и виде. (Примеры: Александров, Бессонов, Шергин и др.). Если иногда авторы таких книг кое-что ценное и вообще культурное заметят, то нет меры их удивлению.

Между тем, если внимательно рассмотреть жизнь зырян, то окажется, что культурные "островки или исключения" находятся в тесной связи с другими сторонами их жизни и быта и являются вовсе не исключениями, а общим правилом.

Указанному выше представлению о зырянах немало способствовало и то обстоятельство, что раньше наиболее распространенными статьями и книгами о зырянах были книги людей, тоже мало и поверхностно знакомыми с зырянами и их жизнью. (Засодимский, Круглов и др.).

Все это вместе взятое и рассказы случайно попавших к ним туристов и "проезжающих" и явилось причиной общераспространенного представления о зырянах. А это представление попало в учебники географии и отсюда пошло гулять по белу свету. В личных разговорах мне сплошь и рядом приходилось удивлять собеседников (особенно из других губерний), когда, выслушав их представления о зырянах, я выпаливал им в ответ, что они совершенно неверно представляют себе зырян, и добавлял, что зыряне третий народ по грамотности в России: первыми идут немцы, вторыми — евреи, и затем зыряне.

Этому немало удивится, вероятно, и читатель, только слышавший о зырянах или читавший о них рассказы в "ходовых" книгах.

Купить на foto11 словарь,
книги на Коми языке
Продажа книг
• Books for sale •

Но удивлять никого я не собираюсь, а просто хочу дать объективный очерк их современной жизни и быта, кроме воспроизведения их жизни, насколько возможно, соответствующего действительности. Из названия статьи видно, что я буду говорить только о том, что теперь есть, игнорируя вообще прошлое.

I   Географические границы и число зырян

Современные зыряне населяют бассейны рек: Вычегды с притоками — Вымь, Локчим, Сысола, а также Луза, Летка, Мезень и Вашка, Печора и Ижма. По Вычегде зыряне живут начиная с с.Межог, находящегося на 21 версте выше Яренска по р.Вычегде. Одна половина села говорит по-русски, другая — по-зырянски. Естественной границей служит ручей, протекающий среди села. Дальше Вычегды вплоть до самых верховьев занята зырянами. Только в Усть-Выми в Серегове население говорит полурусским, полузырянским языком, вроде: "Из церкви-то народ — от как "гез" (гез — веревка) идет". (Это объясняется тем, что село Усть-Вымь — Емдин в древности было центром и религиозным и политическим у зырян; была епископская кафедра — следовательно, много русских; в Серегове же причиной этого является существование завода и большого количества чиновников).

Притоки Вычегды — Вымь, Сысола и другие более мелкие — сплошь заняты зырянами.

По Печоре зыряне живут, начиная с Порога до Усть-Цильмы. Приток Печоры Ижма также населен зырянами. По Мезени и по Вашке зыряне живут с верховьев до с."Радожска" по первой и до с."Коптюги" — по второй.

По р.Лузе — с верховьев до Спаспоруба, где одна половина зырянская, другая — русская.

Восточной границей служат Уральские горы. (Эти данные частью заимствованы из брошюры К.Ф.Жакова "К вопросу о составе населения в восточной части Вологодской губернии). Число зырян, на основании последней переписи, К.Ф.Жаков определяет в 148 тыс.; в Вологодской губернии 114 тысяч, Архангельской — 23 тыс., Тобольской - 7 тыс. и Пермской 4 тысячи.

Теперь, конечно, благодаря росту населения, это число приходится увеличить. К.Ф.Жаков считает число зырян доходящим до 180 тысяч.

карта 1908 года
карта 1908 года
карта 1908 года
карта 1908 года

Карта расселения коми-зырян, опубликованная К.Жаковым в 1908 году. Расселение закрашено темным
цветом, и видно что места постоянного жительства коми-зырян расположены только вдоль крупных рек.
*   *   *

II   Поселение и жилище зырян

Большинство зырянских селений расположилось по берегам рек и речек. Это само собой понятно: в прошлом реки были главными и единственными путями сообщения, поэтому, естественно, население располагалось вдоль рек. Даже и теперь в некоторых местах, как, например, на Печоре и на Урале (по Мезени и Вашке), реки являются единственными путями сообщения летом.

Располагаясь вдоль рек, зырянские поселения ("сикт"), благодаря разрастанию отдельных поселков, обычно находившихся близко друг от друга, разрослись в многочисленные, вытянутые по обе стороны дороги, иногда на несколько верст, селения. Примерами таких селений, растянувшихся на несколько верст (с очень небольшими перерывами), могут служить в Яренском уезде с.Межог, Жешарт, ("Зöвсьöрт"), Гам, Айкино, Палевицы и др., в Усть-Сысольском — с.Иб, Визинга, Межадор, Усть-Немское и др. Обычно в таких крупных селах дома располагаются вдоль дороги по обе стороны в два, три ряда.

Таков характер наиболее крупных селений.

Но, помимо этого, есть, конечно, селения, совершенно беспорядочно составленные. Дома осели без всякого порядка. Улицы идут и вправо и влево и вообще во все стороны. Примерами таких поселений могут служить селения по Мезени и Вашке (например, Ертом, Важгорт, Буткан и др.).

Скученность домов в одном месте — самая характерная черта зырянских поселений.

Результатом этого является значительное расстояние одного села от другого. Средней величиной такого расстояния можно приблизительно назвать 15 верст. Расстояние от Межога до Жешарта — 10 верст, от Жешарта до Гама — 10 верст. Вообще, в низовьях Вычегды это расстояние меньше. Тогда как на Удоре, например, это расстояние уже значительно больше. От Буткана до Глотова (зимой) 25 верст (летом по воде 45 верст), до Кослана — 15 верст, от Кослана до Разгорта 15 верст, от Разгорта до Вендинги — 40 верст и дальше по Вашке село от села находится в среднем на расстоянии 20 — 25 верст. На таком же приблизительно расстоянии находятся поселения и по реке Сысоле.

По Печоре это расстояние еще больше. Конечно, на Удоре, например, и по Сысоле около села обычно находится ряд деревенек на расстоянии 2, 3, 5 верст, и указанные мной величины приходится считать от одного села с деревеньками до другого, тоже с кольцом прилегающих к нему поселков.

Все зырянские поселения (сикт), которые растянуты в линию вдоль реки, обычно делятся на "верхний конец" (катыдпом) и "нижний конец" (кывтыдпом). А части селения, находящиеся несколько верст в стороне от главной линии, носят название "грезда". Центральная часть села, прилегающая к церкви, называется словом "вичкодор" (вичко — церковь, дор — место, край, около) или же просто "погост". Помимо этого, отдельные части селения носят названия или имени его основателя или ручья, или просто нагорное место ("кырвыв") или подгорное место ("кырув").

Около каждого поселка тесным кольцом расположились пашни. Что касается покосов, то понятно, что они расположились вдоль рек и речек.

Когда подъезжаешь к селу, то лес, тянувшийся по обе стороны дороги, обычно сменяется пашнями, причем все пашни обычно со всех сторон окружены огородами, так как скот пасется совершенно свободно — без пастуха.

Переходя к описанию самих жилищ, необходимо снова указать на то, что дом (керка) от дома находится на самом близком расстоянии.

Л.Рума дает для верхневычегодских поселений такую табличку скученности населения:

Названия обществ и районов

Площадь усадебной и приусадебной
земли на 1 двор в десят.

Число жителей обоего пола
на 1 десят. усад. земли

Усть-Куломское

0,247

23,1

Усть-Немское

0,156

37,4

Мыелдинское

0,155

40,1

Пожегодское

0,329

11,3

Помоздинское

0,412

22,4

Селения по реке Ижме

0,543

14,1

По району

0,394

19,5

Таким образом, "на усадебную землю вместе с улицей, церковью и церковными домами, школою, волостными правлениями и т.п. приходится в среднем на 1 двор 0,394 десятины или 935 кв. саженей". Несомненно, продолжает Л.Рума, что такая усадьба была вполне достаточна для среднего крестьянского хозяйства, но в том-то и дело, что большая часть этой площади падает на долю улиц, переулков между домами и т.п., а усадьба в большинстве случаев ограничивается лишь изолированно стоящим домом". (Итоги экономического исследования крестьянского населения Усть-Сысольского уезда Вологодской губернии. Пермь, 1903).

В других районах цифры приблизительно должны быть те же. Указанный г.Рума факт небольшого количества усадебной земли — явление повсеместное среди зырян. Обычно на небольшом пространстве усадебной земли, находящейся около или сзади дома, разводится картофель, лук, редька, "галанка", капуста.

Зырянский дом не соединяется с другим никакими заборами, а стоит рядом со всеми хозяйственными постройками.

III   Жилище

Наиболее распространенным типом зырянского дома (керка) является следующий: большое здание, сколоченное из прочных массивных бревен, обычно сенями делится на две половины, одна из которых является жильем летним, другая — зимним. Другая же половина дома в вертикальном разрезе делится на два этажа: внизу устраивается помещение для скота (лошадей, коров, овец, поросенка и т.д., вверху же устраивается сеновал и "кум" (клеть). Точно так же и первая половина дома в вертикальном разрезе делится также на две половины: вверху — изба, внизу так называемый "голбец". Сени обычно делаются просторными и широкими.

Входят через крыльцо сначала в сени, а оттуда уже в избу через одностворчатую прочную массивную дверь.

Под сенями же обычно устраивается помещение для овец или поросят. Иногда же "гид" делается во второй половине дома под поветью. Что же касается самой внутренности избы, то она, в общем, такова : если войти в избу, то налево (или направо) от дверей находится печь, на другой стороне под потолком находятся "полати", место спанья по зимам, а также своего рода место для постели, подушек, повседневной одежды и т.д. Против дверей находится передний угол, занятый иконами. Тут же находится и стол. Около потолка над лавками, приблизительно на рост человека от пола, вдоль стен тянутся полки (джадж), служащие местом для ножей, различных чашек, лампы, предметов шитья и т.д.


Быт коми. Музей просвещения Сыктывкарского университета, 2008.  См.также Foto Collection Komi Traditional Lifestyle

Это все, своего рода, парадная часть избы. От нее отделяется вторая часть — "иньпöв" (половина женщины), находящаяся против печки. На уровне полок обыкновенно проходит брус (сёр) от стены, противоположной отверстию печки, идущий к печке ("сёр"). К этому "сёр" прикрепляется спускающийся до полу "занавес" (иногда делается досчатая перегородка), делящий всю избу на две половины. Перпендикулярно к этому "сёр" идут два других бруса, предназначенные для хранения лопат, сухих поленьев (для растопки), ухвата и пр.

В этой же половине, у стены, находится "залавка" — особого рода простой шкаф, двери которого состоят из одной доски. В "залавке" находятся обычно чашки, горшки, ложки и пр.

Между стеной и печкой находятся двери, ведущие в подполье — "гöбöч". Голбец служит для хранения молока, картофеля, галанки и пр.

Вот главная часть зырянской избы.

Что же касается ее украшений, то таковыми являются иконы, зеркало и различные, большей частью лубочные картины: то эпизоды из войны, то портреты генералов, то картины в роде "как мыши кота хоронили" или портреты красавиц. Изредка мне приходилось встречать картины и более высокого качества: встречал даже гравюры с картин Тициана, Рафаэля и Рембрандта. К числу украшений же относятся и различные фотографические карточки, а также просто вырванные листы из иллюстрированных журналов и отрывной календарь.

Во второй половине дома, наверху, находится поветь — "посйыв". Она обычно очень большая и ход к ней делается с задней стороны дома — это так называемый "звöз". По этому "звöз" зырянин ввозит прямо на "поветь" воз сена и там его сваливает. Здесь же хранятся различные рыболовные снаряды ("ветель", морда — "гымга" и др.), а также сани и т.п.

На "повети" делается дыра или две, через которые и спускается прямо в стойло сено и солома скоту.

Тут же на повети делается обычно особый сруб, так называемый "кум" — клеть. "Кум" служит для хранения платья (особенно праздничного), холста, полотенец, более дорогих предметов украшения и вообще домашнего обихода.

Все эти части дома, собранные и сколоченные из прочных массивных бревен, большей частью без всякой распиловки покрываются двускатной и плоской крышей из толстого и тоже массивного теса.

Богатство леса и его дешевизна не заставляют особенно церемониться и хитрить для того, чтобы получить из одного дерева возможно больше пользы. Этим и объясняется, например, такой факт, что и для потолка ("йирк") зыряне употребляют целые обделанные бревна, а не распиливают их хотя бы на две части.

Входом служит крыльцо, иногда довольно красивое и сложное, так называемое крытое крыльцо (вевта крыльче).

Что же касается окон, то в данный момент тут царит большое разнообразие — так что общий тип трудно определить. Более новые дома строятся с большими, правильно расположенными окнами; постарее — с одним большим окном посредине стены и с двумя или с одним маленьким по бокам этого окна; еще более старые дома — имеют маленькие окна, расположенные по одной линии, и одно окно несколько выше (например, в Усть-Сысольском уезде), приходящееся как раз над печкой, где по зимам население работает (прядут, шьют) и отдыхает. Но таких домов осталось уже очень мало. Как видите, по форме и расположению окон можно изучать историю архитектуры у зырян.

Вообще к сказанному о зырянском доме необходимо прибавить, что это приблизительно общий тип дома.

Изменение строительства у зырян идет страшно быстро, обуславливаемое особой предприимчивостью зырян. За каких-нибудь два-три года деревни Римья и Жешарт, например, значительно переменились. Появилось очень много домов с резьбой, с балконами, с "горницами", на окнах появились занавески, цветы и т.д. — вообще выросло очень много более изящных, удобных и комфортных домов. То же самое наблюдается и на Удоре. Там (по Вашке особенно) большая часть домов оказалась, вопреки моему ожиданию, домами культурными, то есть с "чистыми" комнатами, большими окнами.

"Когда я приехал сюда, — рассказывал мне важгортский священник отец Феодосии Колмаков, - а это было лет 10-15 назад, то комнаты были низкие, с маленькими окнами. И вот, выстроили мне дом, по моему плану. Сначала мне говорили, что я озябну зимой с такой высотой и с такими большими окнами в комнате, но когда убедились, что это неверно — все принялись строить по моему образцу, и вот теперь видите, дома — хоть куда".

Ту же быстроту смены одних форм быта на новые, более удобные, мы видим и во всем. Например, более ранние описатели зырян (Засодимский и др.) говорят о "курных" избах, и я сам еще помню их - теперь от них осталось "одно воспоминание". В этом убедимся и при описании других сторон.

К каждому дому примыкает ряд хозяйственных построек: баня, до которой зыряне большие любители, погреб - для хранения рыбы, мяса, молока и т.д., амбар — для хранения жита, "вирич" — для рассадки капусты и овин (рыныш). Таковы в кратких чертах поселения и жилища зырян. Сравнивая их с русскими поселениями, например в Устюгском, Сольвычегодском и Яренском уездах, нужно сказать, что во всяком случае в настоящее время в смысле культурности, удобства и чистоты они едва ли уступят русским поселениям.

IV   Одежда, утварь и украшения зырян

При описании этой стороны быта встречаемся с тем же характерным явлением переходной эпохи, которое я только что указал. Идешь по зырянскому селу и видишь, с одной стороны, — молодого парня в "пиньжаке", брюки навыпуск, в калошах, при часах и с папиросой в зубах, с другой стороны — седовласого "патриарха" в "поддевке" или просто в холщовой рубашке и холщовых портах, на голове — самодельная шляпа или порыжевший картуз-блин, и босиком. Поэтому, для удобства описания, я прежде всего разделю одежду на мужскую и женскую, а затем уже расчленю каждую группу на подгруппы более древние и более новые, обыденные и праздничные и т.д.


Декоративно-прикладные изделия Музея литературных героев
И.Куратова
Сысольского района, выставка "Жемчужина Севера",
Сыктывкар, 2013.

Мужская одежда. В очень недалеком прошлом почти вся одежда делалась из домотканого холста (дöра), производство которого было необходимым занятием каждой хозяйки. Существовал и существует еще целый ряд орудий этого производства: "козив" — прялка, "стан", "ректан" и т.д. Холст ткался грубый и мягкий, ткалась разноцветная "пестрядь", существовали особые красильни, в которых холст красился в черно-синий цвет с различными затейливыми узорами; девицы ткали себе вышивки (очень сложные и красивые) для полотенец и т.д.

Теперь это производство быстро упало. Как будничная, так и праздничная одежда выделывается почти вся из ситца и других фабричных материй; рубашка ситцевая, "пиньжак" — либо из материи, либо из сукна, штаны — то же самое: лишь во время какой-нибудь грязной работы надеваются "порты" из грубого холста.

Одним словом — праздничный костюм совершенно ничем не отличается от обыкновенного "культурного" костюма. Таково, по крайней мере, положение дел по Сысоле, по Мезени, Вашке и Вычегде, особенно в низовье.

По Сысоле, где население занимается портняжным ремеслом, весь костюм сшит изящно и из довольно дорогих материй. Вообще, шить праздничный костюм из довольно дорогого сукна — особенно для молодежи — это теперь вошло в моду и обычай.

Тот же костюм, но уже поношенный, постаревший, служит обычно и будничным костюмом; исключение из этого составляет костюм во время грязных работ и вообще работ, требующих хорошей защиты от воды и холода, как, например, во время охоты.

Тогда употребляется более древний и более "зырянский" костюм. На ноги одеваются доходящие до пояса сапоги -"бахилы", отгибающиеся вниз и перевязывающиеся ремнями для того, чтобы вода не могла проникнуть внутрь. Ноги обертываются тряпками ("нямöд"). Надевается пара штанов ("гач") из грубого холста или же верхние штаны из домашнего сукна. На рубашку надевается кафтан (вычегодское "сукман", удорское "дукöс" (тоже из домотканого сукна. Сверху "дукöс" надевается "лаз" (или "луз") - это род мешка с отверстием для головы, свешивающегося спереди и сзади и представляющего поэтому очень удобный мешок (спереди и сзади), куда кладется табак, хлеб и пр.

На плечах "луз" обыкновенно покрыт кожей и предохраняет таким образом и "дукöс" и рубашку ("дöрöм") от смачивания.


Графика "Коми охотник" (1953). Автор
П.Э.Бендель. Бумага, акварель, белила.
Коми национальный музей.

Вокруг шеи обматывается шарф, а на голову надевается самодельная шляпа.

Зимой костюм в сущности тот же, только "дукöс" делается шубный и представляет простой полушубок. На ноги одеваются "катанки" (вычегодское — "валеги", удорское — "упаки").

Только на Удоре и на Печоре сохранилась еще малица — шуба из оленьих шкур с шапкой и рукавицами, и "пимы" — сапоги тоже из оленьих шкур. На Урале же сохранилась еще шапка — "долгоушка".

Зимнее "пальто" также весьма распространены и быстро вытесняют полушубки.

Такова в кратких чертах мужская одежда зырян.

Женская одежда. То, что было сказано о мужской одежде, приходится сказать и о женской, т.е. здесь мы видим ту же быструю замену холщовой одежды фабричной материей и ситцем... Специальных одежд, чем либо резко отличающихся от обычного русского женского костюма — нет. Та же рубашка (дорöм), сарафан (шушун, удорское "кунтэй"), зобка - кофточка (ситцевая или шелковая), верхняя кофточка — теплая, башмаки (тюпель) или в худших случаях — коты (туфли кожаные с чулками), на голове платок (чышъян, удорское "от") и пр.

Праздничный костюм более пышный и дорогой, из кашемира, шелка и других более дорогих материй, будничный — более дешевый или тот же поношенный праздничный, частью холщовый.

Необходимо при этом заметить, что по Вычегде и Сысоле уже вошли в употребление в праздники такие вещи, как лифчики, зонтики, ридикюли, реже всевозможные ожерелья. А на Удоре, у молодых, более зажиточных девиц, практикуется нередко даже и пудра (с.Важгорт).

Вообще, молодые девушки одеваются почти везде "на городской манер".

Только на Удоре сохранился еще особый парчовый костюм у молодых девушек, надеваемый в праздничные дни с соответствующим головным украшением ("ленточка", женское "дорасьöм"). Костюм чрезвычайно пышный, яркий и недешевый.

 

Что же касается утвари, то в ней почти нет ничего такого, чтобы резко отличалось от домашней утвари русских крестьян. Те же горшки, чашки, ложки, кадки, самовар (кстати сказать, имеющийся почти в каждом доме), более редко — машина Зингера и т.д. и т.п.

Как нечто своеобразное могут быть упомянуты солонки, выдалбливаемые из дерева в виде утки, и пивные чашки, также выдалбливаемые из огромных наростов на березе в виде тех кораблей, какие рисуются в иллюстрациях к сказкам "Садко".

Не так давно еще вместо лампы в зимние вечера горела лучина ("сартас") и поэтому были специальные железные прутья с крючком на одном конце, привешиваемые к полке и расщепленные в виде стрелки на другом ("бипеш"), в эти расщепы и становилась лучина — но теперь все это совсем исчезло, и лучина сменилась керосиновой лампой.

Можно еще упомянуть о так называемом "бива кöрт", употребляющемся охотниками отчасти и теперь еще вместо спичек в виде того, что спички на охоте могут промокнуть, а "бива кöрт" воды не боится.

"Бива кöрт" — инструмент для добывания огня — представляет собой железную, согнутую в виде буквы "С" вещь, которой ударяют о кремень, на который, в свою очередь, кладется кусочек высушенного березового гриба (биатшак: би — огонь, тшак — гриб, кöрт — железо). От удара о кремень получаются искры, искра, попав на гриб, зажигает его. Здесь же можно упомянуть о ступе "гыр" и песте "тоин". Ступа, высоты аршин с лишним, делается из березы, и пест, аршина в два с половиной, оканчивается железным наконечником, служат домашней ручной мельницей.

Об украшениях говорить много не приходится. Часть их я уже упомянул при описании одежды, а о других каких-нибудь "особенных" украшениях говорить нечего. Можно здесь лишь упомянуть о довольно сложных разноцветных, тканых узорах на полотенце, имеющих иногда ширину двух и даже трех четвертей, об аналогичных же тканых узорах на подолах рубашек, главным образом ночных женских "дöрöм мыг", и о подобных же наплечниках, пришиваемых к той же рубашке, о разноцветной "пестряди", употребляющейся для рубашек, для половников, для наволочек и т.д.

Остальные украшения ничего типичного не заключают в себе — это обыкновенные перстни, кольца, реже браслеты, ожерелье, часы, кружева на праздничных платьях и т.д. и т.п.

Подводя итоги сказанному в этой главе, мы опять видим, что ничего такого, что говорило бы о чем-нибудь "полудиком", не встречаем, а, напротив, придется, пожалуй, сказать, что по дороговизне (кой-где, например, на Сысоле) и по изяществу одежды и украшений зыряне опередили русское крестьянство, хотя бы в той же Вологодской губернии...

V   Пища

Я думаю, что не будет ошибкой, если я скажу, что зырянин питается в общем лучше, чем огромное большинство русского крестьянства. К этому выводу приводит очень небольшое размышление: во-первых, хотя излишки земли у зырянина и нет, но все же он стеснен гораздо меньше в земле, чем крестьяне других губерний. Прежде всего, здесь почти совсем нет помещичьих земель, так как не было крепостного права, затем имеется налицо громадная площадь незанятых земель, которая может так или иначе утилизироваться населением. Правда, на Удоре, например, хлеба никому не хватает, но зато могут его, благодаря другим промыслам, покупать. Прибавьте к этому то, что зырянин по природе своей охотник и рыболов, а следовательно, и помимо домашнего скота имеет возможность есть мясо зайцев, дичи, рыбы и т.д. — и мое утверждение станет допустимым и даже необходимым.

Из различных районов всего лучше питаются зыряне, пожалуй, на Печоре, по крайней мере в с.Троицко-Печорском, и на Удоре. Это объясняется тем, что охота и рыболовство имеют здесь пока большее значение, чем в других местах: здесь больше еще дичи и зверья в лесах и рыбы в реках. Такие "деликатесы", как семга, — не особенно редкое явление в пище местного населения.

Вообще, мясо и рыба в том или ином виде входят в повседневную пищу зырянина. Помимо рыбы, изловленной самим населением, оно питается и привозной рыбой: треской, сайрой, сельдями и пр. Местной же рыбой являются: щуки, лещи; кое-где, отчасти семга, подъязки, мелкая плотва и т.д. Мясо медведя, несмотря на его вкус, зырянами в пищу не употребляется и вообще считается поганым ("сöс", "пеж"). Даже жир медведя употребляется только для смазки тележных колес.

Затем, помимо охоты и рыболовства, мясо доставляет и домашний скот.

Из других видов пищи следует отметить молоко в различных видах, картофель, капусту, "галанку" и различные кушанья из муки и жита на молоке и масле.

Обычный обед и ужин состоят приблизительно не менее чем из 3-х, 4-х блюд. Сначала идет пирог с рыбой ("чери-нянь"), а затем щи с мясом ("яя шыд"), потом жареный картофель или что-нибудь иное и под конец молоко. Иногда рыбы, конечно, и не бывает, когда же нет мяса, то щи заменяются так называемыми щами ("йöла шыд"), состоящими из толченого ячменя, сваренного на воде, молоке и сметане.

Ест зырянин обычно 3 раза: сначала утром обед, потом "пажын" и вечером ужин.

Помимо всего этого, теперь повсюду вошел в употребление чай. Особенно богат бывает стол зырянина во время праздников, свадеб, поминок и вообще в экстраординарных случаях.

В этих случаях предварительно варится пиво ("сур"), не лишенное вкуса и напоминающее по вкусу и густоте отчасти портер. Пекутся, как и вообще в праздничные дни, пироги, "шаньги", всевозможные колобы и пр. Число блюд здесь обыкновенно бывает очень велико. Позволю привести теперь виденное мной в настоящей этнографической поездке "меню" обеда в храмовый праздник в деревне Римье...

Когда гости собрались, то их угощали сначала пивом и водкой, затем пошел чай с калачами и, наконец, обед.

Когда гости сели за стол, весь заваленный шаньгами и пирогами, был подан пирог с лещом, потом пирог со щукой, затем по очереди следовали: щи из соленой говядины, щи из свежего мяса, жаркое из утки, зажаренное легкое, картофель, зажаренный в молоке и сметане, зажаренный в сметане "выйсук" (зажаренная смесь муки и масла), "сладкий пирог" и, наконец, молоко.

Это было не в исключительно богатом доме, а у среднего крестьянина. Во время свадеб стол бывает обычно еще более богатым и разнообразным. Если праздник случится в постный день, то подается на стол десяток различных блюд из различной рыбы.

Из напитков, помимо чая, пива, водки, употребляется в широких размерах квас (сюкöсь).

Из сказанного видно, что, в общем, пища зырянина более или менее удовлетворительная.

Конечно, бывают отдельные исключения, когда почему-либо часть населения бедствует и обычно отдельные семьи, где пища вообще чрезвычайно скудна, но так как я имею в виду общее, то всякие исключения и частности, естественно, мной игнорируются.

Говоря о пище, скажу еще пару слов о "чистых" и "нечистых" животных. К числу нечистых животных, как уже выше я отметил, зыряне относят медведя, а кое-где и зайца. Еще более нечистыми считаются мышь и крыса. Если мышь упадет в крынку, колодец или кадку, то последние, по мнению зырян, делаются нечистыми ("пеж", "сöс"), и необходима молитва священника, чтобы сделать их снова чистыми. Мне самому приходилось видеть, как выливалась целая кадка пива единственно потому, что туда попала мышь.

Нечистой считается и всякая пища, если к ней прикасалась или обнюхала собака и кошка.

Но самым нечистым считается ящерица ("пежгаг" — нечистый червяк, вычегодское — "дзодзув"). Зырянин боится ящерицы и ни за что не возьмет ее в руки. Есть даже поверье: если ящерица пройдет по ноге, то нога будет гнить.

Из птиц по различным мотивам не употребляются в пищу голуби, галки, воробьи, вороны, стрижи, кукушки.

Необходимо к сказанному добавить еще то, что кое-где и теперь еще (частью на Выми, частью на Удоре) зыряне любят есть рыбу соленую и несколько протухшую — "с запашком".

VI   Занятия и промыслы зырян

Земледелие

Земледелие играет в жизни зырян основную, хотя и неисключительную роль. Почти все зырянские селения принадлежат к смешанному земледельчески-промысловому типу. Для некоторых волостей имеются приблизительные данные, указывающие на процент дохода, который дает земледелие в общем бюджете крестьянина. Приведем для примера эти данные:

Названия обществ

Процент по общему доходу дохода от

Земледелия

Промыслов

Усть-Куломское

51,89

42,17

Усть-Немское

40,22

56,11

Мыелдинское

49,37

49,36

Пожегодское

49,21

49,36

Помоздинское

58,26

38,71

Селения по реке Ижме

52,36

40,39

По району

51,76

40,38

Из приведенной таблицы видно, что по всему Верхне-Вычегодскому району земледелие играет все же главную роль, тогда как если рассматривать табличку по волостям, то видно, что в некоторых волостях (например, в Усть-Немском) промыслы дают 56,11% общего дохода.

Доминирующую, но опять-таки не исключительную роль играет земледелие и в Сысольских, и Верхне-Вычегодских волостях. (См. историко-статистический очерк зырян К.Жакова, стр.73 —74 и 55).

На Печоре земледелие играет совершенно незначительную роль. Значительную роль играет земледелие на Удоре (по Мезени и Вашке), хотя и здесь хлеба часто замерзают.

Из сказанного само собой ясно, что прокормиться одним земледелием население совершенно не может и что промыслы в его жизни играют роль чрезвычайно важную.

Это станет еще более ясным, если принять во внимание уже не раз приведенные мной цифровые данные относительно того, насколько население обеспечено своим хлебом и сеном. Эти данные для Сысольских волостей говорили, что процент дворов, обходящихся своим хлебом и сеном, гораздо ниже 50% и даже 40% (см. "Известия" за 1910 г. #12 и за 1911 г. #8, 9, 11).

Этот недостаток приходится пополнять покупным хлебом, а последнее возможно только тогда, когда имеются налицо промыслы, дающие значительный процент дохода.

Переходя к краткому описанию земледелия, я сперва остановлюсь на организации самого земледельческого хозяйства.

Земельная община, которая — как это доказали Кочаровский, А.Кауфман и др. — имеет свои причины возникновения, появляется, достигает полного развития и затем постепенно падает (см. Кочаровский "Русская община", Кауфман — "Община в процессе ее возникновения и развития"), среди зырян представляет и теперь еще вполне жизненное явление. Кое-где она еще вступает в первые периоды своего развития, а где-то уже достигла высших ступеней своей истории.

Как известно, критерием высоты ее развития может служить та или иная близость к полному уравнительному землепользованию.

А это последнее, в свою очередь, обнаруживается в той или иной системе переделов. Каковы же переделы в различных зырянских общинах, приведу примеры.

Прежде всего, мы имеем здесь налицо так называемые простые общины, где разверстка земли производится между крестьянами одного селения, и сложные общины, где передел происходит между группой селений.

Те и другие могут быть полными, т.е. подвергаются переделу и земля и сенокос, и неполные, т.е. переделяющие только или пахотную землю или сенокос. Последние общины бывают почти исключительно в сложных общинах, где подвергаются переделу только сенокосные угодья.

Общины всех указанных типов встречаются и по Вычегде, и по Сысоле, и по Мезени, и по Вашке (см. К.Жаков. Историко-статистический очерк зырянского населения в трудах Печорской экспедиции. Т.I, стр.26. "Итоги" Т.III. стр.10, а также Большаков М.А. "Община у зырян", а затем работы В.Ф.Попова. Относительно Мезени и Вашки сведения добыты лично мной в теперешнюю этнографическую поездку).

Переходя к переделам, мы встречаемся с такими типами их: по Сысоле имеем налицо волости, где общинная жизнь еще только в зародыше (Киберская, Ибская и Котогорская), и волости, где она уже значительно выше (Вотчинская, Визингская и Воронцовская). В первых трех волостях единицей передела служит ревизская платежная душа и настоящих переделов до 1907— 1908 гг. не было еще, а был только обмер земли с целью раскладки по числу ревизских душ денежных и натуральных повинностей.

В остальных же волостях единицей передела является уже едок. Соответственно числу едоков в семье раскладывается соответствующее количество земли, причем, например в Вотчинской и частью в Визингской волостях, за едока принимается все наличное население без ограничения пола и возраста; в другой же части Визингской волости и Воронцовской имеется ограничение по возрасту, а именно — дети, не достигшие 18-20 лет, получают ¼ надела, а старше 20 лет — ½ (т.е. полный надел, т.к. ½ ревизской души равна полному паю).

В некоторых общинах (например, Вадыбской) бывает и так: население до двух лет не имеет никакого надела, а старше двух все получают одинаковый надел.

Наконец, например на Удоре (в Разгортской, Ертомской и Важгортской волостях), перед нами налицо ограничение по полу: мужчина получает ¾ надела, а женщина ¼, причем не мешает отметить, что раньше (например, в Ертомской волости) женщины совершенно не получали надела. С развитием жизни происходит постепенное освобождение и уравнение женщины в правах с мужчинами. В.Ф.Попов говорит, что женщина у зырян почти равноправна с мужчинами. Если это верно для тех районов, о которых он говорят, то неверно для Удоры, где женщина не бывает никогда на сходах и вообще подчинена мужчине, что и проявляется в системе здешних переделов (см. "Итоги" 4.1.19).

Наконец, по Вычегде почти всюду единицей населения служит так же едок (см. "Итоги" Ч.III. стр. 18-30).

Таковы основные черты зырянской общины (интересующихся отсылаем к указанным выше работам).

К этому можно добавить лишь то, что при более подробном изучении зырянской общины обнаруживается чрезвычайно сложная иногда система измерения, оценки и раскладки земли с целью сделать эту раскладку более размерной и более уравнительной...

Главной системой обработки земли является, конечно, трехпольная система: чередуется озимая рожь, пар и ячмень. Помимо этого, довольно распространенной является и переложная система на так называемый "новик" ("выль му"). Эти "нови" разделываются в крестьянской даче из-под мелких зарослей леса. Сеется сначала год или два рожь: сняв урожай сначала с ''целины", а потом с однолетнего не удобренного пара, участок забрасывают, и он "отдыхает", превращаясь в пустырь, от 5 до 15 лет. После этого он снова засевается. Наконец, кое-где осталась еще и подсечная система ("тыла"), быстро падающая благодаря официальному преследованию. Система эта такова: вырубается лес на выбранном участке и последний остается для просушки — год или два. Затем срубленный лес сжигается и участок засевается рожью, подвергшись предварительной бороньбе. Многопольной системы до сих пор, кажется, нет, да если и есть, то она пока является очень редким исключением.

Что же касается урожайности, то она вообще колеблется в зависимости от почвы, пашни, времени и засеваемости зерна. По Сысольскому району эта урожайность (в переводе на рожь: пуд ячменя, пшеницы, овса и 5 пудов картофеля равны 1 пуду ржи) за 1906— 1907 гг. колеблется от 4,9 до 7,5 в различных волостях.

Урожайность ржи колеблется от 6,2 до 9, ячменя от 6 до 7,1, овса — от 4,5 до 5, картофеля от 3,8 до 4,6.

Причем урожайность ржи на надельной земле (в Ибской волости) равняется 5, на "новых" — 4,1 и на подсеках — 6,9 (см. очерк Жакова стр. 49, 51). В Верхневычегодской волости урожайность ржи на подсеках колеблется от 5,2 до 16,3, составляя по всему району урожай в "сам" 10,72. Общая урожайность ржи по тому же району равняется 11,52, ячменя — 5,97, пшеницы - 5,36, овса - 5,38 ("Итоги" Ч.IV, стр.137, 264-268).

В этом районе, как видно из цифр, урожайность в общем выше, хотя необходимо заметить, что год взят в том и в другом районе не один и тот же.

Коснусь кратко и орудий земледелия. Таковыми являются — деревянная соха (гöр) с двумя железными раешниками и деревянная, или реже железная, борона (агас), кроме того, в последнее время довольно быстро распространяются, благодаря содействию земства, так называемые "однокошные" плуги (косуля-сабан).

Например, в Верхне-Вычегодском районе уже в 1901 г. было их 77, сох-самоделок — 1764, борон деревянных — 1272, борон железных — 520. Несомненно, с того времени число косуль быстро увеличилось, а железные бороны почти повсюду уже вытеснили деревянные ("Итоги" Ч.III, стр.254).

Из других орудий можно упомянуть про своеобразную форму "молотила", распространенную на Удоре. Здесь молотило представляет из себя деревянный (обычно еловый) сук с частью дерева, прилегающий к этому суку. Сук является ручкой, а выглаженная снизу часть дерева — самим молотилом. Таково в общем земледелие зырян. Несомненно, что в скором будущем зыряне должны будут перейти к более интенсивным формам земледелия. Тенденция к этому уже намечается и можно надеяться, что в скором будущем, благодаря земству, эти более интенсивные формы войдут в жизнь.

Сенокосы и скотоводство

Для большей полноты скажу несколько слов и о сенокосах в связи со скотоводством. Большая часть сенокосов естественно расположились по берегам Вычегды, Выми, Сысолы, Пожега, по Локчиму, Мезени, Вашке, Лузе, Печоре и других более мелких притоков и речек. Искусственного травосеяния, как я уже сказал, почти нет среди зырян.

"Страда", — то есть уборка сена, обычно начинается в первых числах июля, большей частью после Прокопьева дня (8-е июля). Тогда высыпается на пашню все взрослое население и подростки. Едешь по лугам и видишь, как повсюду пестрят разнообразные и ярко-разноцветные платья "страдующих". Косят как мужики, так и женщины. Сначала обычно убирается сено с полевых меж (бор), иногда широких и просторных, с различных отдаленных лесных полян и расчисток, мер, за несколько десятков верст. Затем уже приступают к уборке сена с хороших пожен (видз). Косы раньше были типа "горбуши", теперь они быстро вытесняются "литовками" и по Вычегде почти уже вытеснены. Когда скошенное сено высохнет, то его тут же на пожнях мечут в "зароды", которые свозятся домой (на поветь — "посйыв") уже зимой. Остальные орудия обычны: те же лопатка для точения кос, грабли, вилы и т.д.

Скотоводство не представляет специального промысла, а ведется лишь потому, что необходимо для земледелия. Единственным удобрением, без которого хлеб не родится, для полей является навоз, поэтому население принуждено держать скот. Главное значение, конечно, имеет лошадь, как рабочая сила при обработке земли. Крупный рогатый скот (коровы, быки) содержатся из-за навоза, молока и мяса; овцы — из-за того же плюс шерсть и шкуры. Значительно распространено также и свиноводство. Количество содержимого скота более или менее точно трудно учесть, оно бывает не одинаково в каждый год. Это объясняется тем, что население, не будучи вполне обеспечено сеном, приспосабливает количество скота к имеющемуся запасу сена. Если урожай хороший, то и скота содержится много, если урожай хуже, то и скота меньше, а это в свою очередь отражается на количестве навоза и тем самым на урожайности хлеба.

Приведу некоторые цифровые данные с целью указать количество содержимого скота.

По Сысольскому району на один двор: лошадей приходится в среднем 1,19; крупного рогатого скота —3,5, мелкого скота — 5 (см. очерк Жакова 70-71), причем в каждой волости бывают значительные колебания. Так, в Ибской волости из 608 дворов с одной — 515, с двумя — 50, с тремя — ни одного, безлошадных — 43. В некоторых местах держат иногда по три и даже четыре лошади, но это явление очень редкое, там же из 573 дворов с рогатым скотом менее трех голов — 132, от 3 до 5 — 318, от 5 до 7 — 93 и свыше 7 голов — 30. Большая часть падает на рубрику от 3 до 5 голов. В Верхне-Вычегодских волостях по району на один двор приходится: лошадей — 1,32, коров и быков — 2,65, мелкого скота — 6,66. Количество дворов с одной и более лошадью таково в %: безлошадных — 7,26, с одной лошадью — 60,64%, с двумя, тремя — 31,35%, с четырьмя-пятью — 0,75%. Число дворов в отношении к числу рогатого скота таково: число дворов без рогатого скота 3,20%, с одной шт. — 20,27%, с двумя-тремя 51,61%, с четырьмя-пятью — 21,32%, с шестью-семью — 3,05%, с восьмью-девятью — 0,45% и более — 0,1% ("Итоги" Ч.IV — 96). Большая часть дворов и здесь падает на группу "однолошадных" и группу, имеющую от двух до трех голов рогатого скота. Таковы цифры исследованных районов, приблизительно таково же и количество в других исследованных районах зырян. На Удоре помимо этих видов скота в Важгортской волости некоторые из крестьян держат по несколько сот голов оленей. Такое же явление, только еще в более широких размерах, имеется и на Ижме, где оленеводов-зырян довольно много. Пищей для скота служит главным образом, конечно, сено. Среднее количество сена, приходящееся на одну крупную голову рогатого скота в год в Сысольском, например, районе, значительно ниже от так называемой нормы Марреса, равной 130 пудам. Помимо сена пищевым продуктом служат: солома, отруби и хлеб (в ничтожных размерах), осиновая кора (пипу кырсь) и ягель (яла).

Зимой скот содержится в специально устроенных при доме помещениях, летом большей частью пасется на выгоне и в "телятниках".

Охота и рыболовство

Охота некогда была главным промыслом зырян. Бесконечные дикие леса, полные зверя и дичи, немногочисленность населения как нельзя лучше способствовали развитию охоты. Как и все вообще первобытные народы, зыряне не сразу перешли к земледелию и в древние времена добывали себе пищу главным образом путем охоты и рыболовства. Это занятие отразилось на всей жизни и на всем мировоззрении зырянина. Большая часть сказок, легенд и преданий возникла почти исключительно на почве занятий охотой. Бесконечные, таинственные, вечно шумящие боры и мрачные еловые леса со всеми их жителями, кричащими на всевозможные лады, окутывали глубокой тайной и причудливым мистицизмом душу предка современного "коми" (зырянина). Предок, еще темный, невежественный, не умевший ясно разобраться в окружавших его явлениях и объяснить их естественными причинами, тем легче поддавался влиянию этого мистицизма. Остатки его, еще иногда живые, сохранились и до сих пор. Единицей обмена в древности у народа-охотника не могло быть ничто иное, кроме шкурок добычи. Зырянский язык до сих пор сохранил для обозначения монеты слово "ур" (белка). Две копейки по-зырянски будут "сизим ур" (семь белок).

Но теперь охота уже потеряла свое былое значение, леса поредели, повырубили, звери и дичь поистреблены и уменьшились, и, понятно, пала и охота. Чем далее, тем более и более она будет падать. Теперь уже в большинстве мест охота не является самым главным после земледелия промыслом и только по Мезени, Вашке и Выми она играет еще очень крупную роль.


Главный период охоты — это осень и начало зимы — от сентября по ноябрь. Окончив полевые работы, в охотничьих районах зырянин отправляется на "промысел", обычно верст за сорок, пятьдесят, а иногда (как, например, на Удоре) и верст за 100. На месте охоты имеется избушка (пывсян — банька, вöр керка — лесная избушка), которая и служит жилищем охотника во время периода охоты. Обычно она делается из довольно тонких бревен с покатой односкатной крышей, вместо печи служит грубо сделанный горн, иногда бывает пол, иногда нет, оконце избушки очень маленькое, у потолка имеется дыра для пропуска дыма.

Тут же, около "вöр керка", имеется "тшамъя" — это род голубятни, или, иначе говоря, маленький сруб в виде ящика, помещенный на столбе с выдвигающейся снизу доской вместо двери.

Этот "тшамъя" (см. подробнее) служит для хранения пищевых провиантов, которые заранее еще, летом или осенью, доставляются сюда на лодках по лесным речкам или же, в крайнем случае, и пешком, на себе, а зимой — по снегу на "нарте" (маленькие длинные санки на лыжных полозьях)...

Около избушки находятся "лесные тропы" (вöралан туй) охотника, на которых он ставит свои петли, западни, капканы и вообще охотится. Каждый охотник имеет свои "тропы", обозначенные его собственными значками в виде или одной линии, или двух, куриной лапы и т.д. (пас) и другой охотник не имеет права охотиться на этих тропах. Охотничий инвентарь сам по себе очень несложен. Прежде всего, это пистонное, или реже кремневое ружье-дробовка, иногда винтовка и реже большекалиберные одностволки для крупного зверя, затем идет пороховница, мешочек для дроби, прут свинца, мерка, мешочек для кремней или пистонов, различные крючки и т.д. — все это привешено и прикреплено к одному ремню, перекидывающемуся через плечо; топор, чайник или котелок, и провиант.

Охота производится осенью, главным образом на белок (ур) и рябчиков (сьöла), кроме них, на глухарей, горностаев и других, встретившихся случайно зверей и дичь. Зимой идет охота на зайцев, лисицу и медведя, а под весну — на лосей (если они там встречаются), изредка бьют волков, рысь и весной уток.

Рябчики ловятся главным образом путем петелек, во множестве расставляемых на "вöр" или "чöс туй" (на тропках). Приманкой служит, главным образом, рябина.

Белки, отыскиваемые собакой, стреляются. Глухари ловятся путем особого рода западни (чöс, нальк). Лисицы, зайцы (и отчасти волки) — путем капканов. Что же касается медведя, то его "выкуривают" из берлоги и убивают при помощи ружья и рогатины.

Зимой, конечно, охота ведется на лыжах...

Как я уже заметил, охота потеряла в большинстве случаев свое былое значение. Только на Печоре, Выми и Удоре она еще играет очень крупную роль в жизни зырян. Приблизительный доход от охоты на Удоре колеблется от 100 до 200 и 300 рублей в год на домохозяина.

В Верхне-Вычегодском районе за 1901-1902 гг. (неудачные для охоты) за весь период охоты, в среднем составляющий 35,7 дней, на одного охотника пришлось только 15,5 рублей — величина очень незначительная и, думается, являющаяся исключением и для этого места ("Итоги" Ч.V. стр.25-27).

А по Сысоле в Киберской волости на одного охотника за период охоты в 42 дня приходится (в 1907 г.) 23 руб.94 коп. (очерк Жакова, стр.74).

Если приведенная мной цифра для Удоры хоть сколько-нибудь верна (а она установлена не на основании статистического исследования, а на основании личного опроса ряда удорцев), то мы видим громадную разницу в значении охоты на Удоре и на Вычегде.

Чем дальше, тем, конечно, охота будет падать больше и больше, и не так уже далек тот день, когда она превратится из промыслов в простой "любительский" спорт.


Э.В.Козлов 'Белая ночь на Печоре' (1965, х.м.35х60)

В таком отчасти положении находится уже и теперь рыболовство, которое из важного некогда промысла превратилось уже в занятие, практикуемое в досужее время с целью получения известного количества рыбы, главным образом для собственного потребления, только семга и стерлядь пока еще продаются, а почти вся остальная рыба, вылавливаемая как летом, так и зимой, потребляется самим местным населением.

Падение рыболовства объясняется обмелением рек и уменьшением рыбы с одной стороны и появлением других промыслов — более выгодных — с другой.

Ловля рыбы производится различными способами: весной так называемыми "ветелями" ловятся лещи, удочкой, продольниками, боталом, сырпом1 и, наконец, посредством так называемой "помчи"2. Кроме этого, в мелких речках, а также в заливах устраиваются особые сооружения из связанных вместе тонких выструганных дощечек, в оставляемое отверстие кладется "морда" (гымга), куда и попадает рыба. Все вместе взятое носит название "щуп".

Осенью развито "лученье" рыбы при помощи остроги (азь-лас). Стерлядь ловится, конечно, самоловами и почти исключительно для продажи. Продается она частью местным "интеллигентам", частью на разъезжающие изредка "тихвинки".

Что касается дичи и вообще пушного товара, то он продается скупщикам, частью местным, частью приезжим, обычно скупающим в конце осеннего периода охоты, то есть в ноябре месяце. Нельзя, конечно, не заметить, что население при этом значительно игнорируется, и не пожелать, чтобы при помощи земства это дело сбыта было как-нибудь организовано самим населением.


Примечания:

1. Сырп - нечто вроде тонкого и редкого невода, которыми рыба ловится в озерах путем запутывания ее в складки этого сырпа.

2. Помча - это сеть, прикрепленная к четырехугольной раме, и вроде чашки весов, подвешивающихся к коромыслу, укрепленному на столбе. Столб стоит в реке, а вместе с опущенным коромыслом опускается и сеть с приманкой в реку, и во время быстрого поднятия рыба, бывшая там, остается в сети...

Лесной промысел

Богатства Севера — бесконечные его леса — послужили причиной широкого развития лесного промысла. Теперь по реке Вычегде лесной промысел играет самую важную роль после земледелия и оттеснил охоту на второй план.

В то время как в Верхне-Вычегодском районе на 100 опрошенных хозяйств охотой занимаются 41,1, рыболовством — 3,0, той или иной отраслью лесного промысла занято до 77,59 хозяйств. Цифры довольно ярко говорят о доминирующей роли лесного промысла.

В то время как один день охоты дает в среднем 43 коп., один день лесного промысла дает 1руб. 17 коп. — разница-таки чрезвычайно внушительная.

Конечно, такую роль лесной промысел играет пока еще только на Вычегде, в других районах зырян его значение несравненно меньшее и, например, на Урале и на Ижме, он пока совершенно не может конкурировать с охотой.

Под именем лесного промысла разумеется ряд различных операций: рубка и очистка леса, возка его на катище, плотка и сплав. Каждая из этих операций представляет нечто отдельное и обособленное, хотя население обычно нанимается на рубку и вывозку вместе, точно так же на плотку и сплав. Но бывает, что нанимаются только на сплав (кылöдны) или только на сплотку (пуръясьны) и т.д.

Дело найма рисуется, в общем, в таких чертах: обычно осенью приезжают к зырянам приказчики и доверенные различных лесных фирм. Так как прямой наем рабочих приказчиками для них неудобен и по различным причинам невыгоден, то доверенные господа прибегают к помощи местных "тузов", сдают им подряд на определенное число тысяч бревен, а последние уже имеют дело с местным населением, и благодаря различным причинам, а в частности тому, что население зависит от них, различными правдами и неправдами нанимают население, всячески эксплуатируя его, вплоть до применения truck system, как совершенно верно утверждает Л.Н.Рума. Этот местный "туз" нанимает рабочих или отдельно, или артелями, заключая с ними определенный "контракт".

Подрядчики стараются нанять население на все операции сразу. Население обычно хочет наниматься отдельно — по крайней мере, на заготовку и на сплав.

В интересах лесорубочного промысла, но далеко не в интересах сельского хозяйства и занятого промыслом населения, заключать условия сразу на всю стадию лесной эксплуатации до сплава его, хотя бы на реку Вычегду. Совершенно верно говорит по этому поводу Л.Н.Рума, ибо "при таком порядке лесопромышленники: 1) обеспечены рабочими на весенние работы, когда, благодаря краткости периода высокой воды в мелких лесных речках, цена на рабочие руки почти всецело определяется населением; 2) весь риск убытков весеннего половодья, самого опасного для лесопромышленников периода, переносят с себя на население" ("Итоги", стр.37).

Иногда население принуждено наниматься на все стадии сразу, иногда удается наняться отдельно на какую-нибудь операцию. Сплав от речек до г.Усть-Сысольска производится обычно населением Верхне-Вычегодского района, от Усть-Сысольска же до г.Архангельска — населением, живущим ниже г.Усть-Сысольска.

На самый сплав обычно нанимаются или до определенного места, например, до Архангельска, или поденно, например, по 1 руб. в сутки.

В интересах населения последний тип найма, тогда как в интересах нанимателя — первый; он обычно практиковался и практикуется до сих пор, хотя в последнее время население довольно настойчиво пытается наниматься по второму типу.

Вообще же работа ведется при самых скверных гигиенических условиях и не так редки бывают несчастные случаи (простужаются, тонут, убивает "приколом" и т.д.), доводящие до смерти.

Как в интересах населения, так и в интересах края и самого промысла ввиду эксплуатации (двойной, а иногда при наемных рабочих и тройной) населения и бесконтрольного и беспардонного расхищения лесных богатств, не мешало бы так или иначе внести больше порядка в лесное дело, чтобы избавиться от темных и вредных для населения и государства его сторон. Леса Севера хотя и богаты, но они быстро тают. С одной стороны — расхищение их, с другой — случайные или нарочно устраиваемые населением пожары1, с третьей — бури; все это ведет к чрезвычайно быстрому исчезновению лесных богатств и при таком порядке вполне возможно, что не за горами столетий тот день, когда лесные богатства сойдут почти "на нет", а тем самым (помимо других следствий — обмеление рек, уничтожение фонда, дающего доход государству и т.д.) и население будет лишено необходимого для жизни и хозяйства промысла.

Те же земства, в общем довольно чуткие к нуждам населения (в особенности Яренское), могли бы выступить инициаторами и здесь, т.е. как юридическое лицо они могли бы заключить договор с казной относительно лесных участков, а затем они могли быть в качестве нанимателей и подрядчиков, не эксплуатируя население, а покрывая только свои расходы.

С другой стороны, нельзя не пожелать более планомерной и рациональной постановки лесного хозяйства и большого контроля за участками, покупаемыми различными лесными фирмами.


Примечание: 1. При поездках приходилось наблюдать великолепные леса, сгоревшие буквально на протяжении нескольких десятков верст. Поджигает их население иногда потому, что стесненно в лесе и при таком его богатстве, оно говорит: "нам не дают, так пусть никому не достанется, черт с ним!" Помимо этого, так как такса на горелый лес (вполне годный для построек) в общем ниже, чем на "живой" лес, то население при поджогах часто руководится и этим. В общем, как бы ни казалось парадоксальным, но я смею утверждать, что гораздо выгоднее для казны дать населению лес даром, чем брать с него хотя бы пониженную плату.

Остальные промыслы

Из остальных промыслов необходимо упомянуть следующие: по Сысоле сильно развито в виде отхожих промыслов портняжество и валяние обуви (на зиму отправляются в Вятскую, Пермскую губернии и в Сибирь).

В жизни этого района они играют первую после земледелия роль. Отчасти по Сысоле и, главным образом, по Вычегде, население занимается отхожим промыслом — рубкой леса на пермских (Богословском, Холуницком и др.) заводах. Промысел, отнимающий массу времени и сил, но почти не дающий никаких доходов1.

Из других промыслов необходимо упомянуть про извоз и гоньбу, кузнечное, столярное и плотничье ремесла, сапожничество, выделку овчин и кож, выделку кирпича, производство фисгармоний и гармоник и др. Большинство из этих промыслов играют в общем значительную роль в жизни всего населения.


Примечание: 1. Интересующихся бытом и условиями работы на пермских заводах отсылаю к книге К.Ф.Жакова "Очерки из жизни рабочих и крестьян", где этот быт детально и верно обрисован в художественных очерках.


Примечание:

Статья впервые опубликована в Известия Архангельского общества изучения Севера 1911 г. #18, стр.525-536; #22, стр.811-820; #23, стр.876-885; #24, стр.941-949

Продолжение статьи ЧАСТЬ 2 →  

ЭТНОГРАФИЯ КОМИ-ЗЫРЯН

Реклама Google: