Komi Zyrians Traditional Culture

КОМИ КУЛЬТУРА ГРАММАТИКА СЛОВАРИ ЛИТЕРАТУРА МУЗЫКА ТЕАТР ЭТНОГРАФИЯ ФОТОАРХИВ КНИГИ

Проф. А.Грен · Зырянская мифология, глава 3.
Следы культа предков у Зырян.


Коми му, 1924, #7—10, стр.30-33.

Вместе с анимизмом и тотемизмом, у Зырян был достаточно развитой культ предков.

Хотя этнограф Люббок ("Начало цивилизации", стр.240) и сомневается в древности этого культа, так как он не знает ни одного случая, когда бы воздавалось поклонение предкам женского рода, но несоменно, что верование это является одним из первоначальных,- и вот почему.

Так, по представлениям большинства первобытных народов уже одно появление умерших во сне заставляет предполагать, что умершие живут в могиле. Но первое же знакомство с гниением трупа заставило человека создать представление о душе. См.: Василий Налимов "Некоторые черты языческого миросозерцания зырян" (1903).

По мнению некоторых народов, душа есть двойник человека, — такое же материалистическое существо, как и всякое другое. Она — или пчелка, или мышь, или мотылек, или птичка, живущая у человека в горле в том самом месте, где между шеей и грудью образуется ямочка. Когда человек умирает или спит, душа вылетает у него изо рта, и если быть внимательным, то можно приметить это явление. Душа есть не только у человека, но и всякого животного, растения и даже у всякого предмета.

Душа (зырянское — лол, лов, вотяцкое — лул, остяцкое — лiл, вогульское — лел дыхание, душа; венгерское — леелек, финское — лõjуԉу, пар, дыхание, душа) происходит, очевидно от глагола зырянского — лолалны, лолавны, (вотяцкого — луԉаны), дышать. Очевидно, она выражает собою понятие дыхания, пара.


Но она также, мне кажется, представлялась в виде птицы или материального маленького человечка. Я думаю, что присказки о бабочке, голубе, стриже и т.д., может быть, связаны с понятием о душе, обратившейся в бабочку, голубя, стрижа.

См.: Питирим Сорокин "К вопросу о первобытных религиозных верованиях зырян" (1917).

Кроме того, по народным представлениям есть еще понятие о, так называемой, шеве или порче. Г.С.Лыткин производит это слово от шыва, т.-е. вода, как голос, тем более, что по вотяцки ше значит тоже голос, но при этом прибавляет ("Зырянский край и Зырянский язык" стр.108), что шева, по приказу колдуна, летает в воздухе в виде жука, шмеля, который входит в изуроченного человека (или животного) и мучит его. У каждого колдуна, прибавлю я, есть шевашуман, т.-е. лукошко с шевами. Там все шевы — маленькие человечки, но непременно в рубашке и лакированных ботинках. Когда голосит кликуша, то в ней разговаривает, её шева. См. подробно: Алексей Сидоров "Знахарство, колдовство и порча у народа коми" (1928) - глава "III. Шева — порча".

У первобытных народов душа нуждалась в пище и питье. Для этого необходимо устраивать поминки или тризны. Уже после погребения отливали из каждой чарки под стол или на стол, называя при этом каждого умершего по имени. При этом старались обходиться без ножей, чтобы не ранить душу, и первое время после погребения оставляли в хате воду, чтобы умерший мог приходить и пить ее. А для того, чтобы душу развеселить, употреблялись хмельные напитки. Были даже определенные дни для поминок, например, Навий день.

В коллекции А.А.Цембера есть один текст, вполне тождественный с этими представлениями. В нем рассказывается, что умершие постоянно посещают живущих после поминок в церкви. Но их могут видеть лишь странники и благочестивые люди.

Когда после поминок в церкви, — сказано в этом тексте, — началась тризна, то странник видел, как явился умерший и ел от порции каждого, кто поминал его. Один из пировавших не был в церкви, и вот умерший не коснулся его пищи.

Умерший, по данным сказок, довольно долго живет в могиле, и его сыновья постоянно должны ее караулить дней сорок. Если кто из сыновой не выполнит этой задачи, тот уже не пользуется покровительством умершего, а выполнивший все до конца получает какую-либо чудесную награду, в виде волшебного коня, и проч. См.: "Коми Мойдъяс - Коми народные сказки".

Это окарауливание могилы стоит в связи с представлением, что без этого умерший может навести на живущих семейные раздоры, неурожай, пожар и т.п. Такой факт возбуждает страх перед умершим. Чтобы избавиться от умершего, надо его или сжечь, или бросить в воду, или похоронить под землю, навалив на могилу камень потяжелее. Дикари Полинезии, как и палеолитические обитатели Европы, для этого даже связывали умерших. У некоторых народов старались при похоронах скорее закрыть глаза умершему, чтобы его душа не высмотрела кого-нибудь и не увела с собою, выносили труп не через дверь, а через особое отверстие, и засыпали его землею обязательно чужие, а не свои. Остяки, — говорит Паллас ("Voyages" vol.IV, p.79), — из страха перед умершими вырезывают из дерева их фигуры, кладут их с собою спать, украшают их и при каждой еде предлагают им часть своей доли. Среди древних текстов Египта есть один, в котором говорится, что умерший может даже отнимать жен у мужей и поедать их окорока (Тураев "История древнего востока" часть 1, стр.195).

См. также: Отпугивание мертвеца в Эстонской народной традиции.

*   *   *

Остатками страха перед умершими у Зырян явились рассказы об упырях или еретниках.

Если живший был колдуном, еретником, и напускал шеву или порчу на других, то после смерти он обращается в упыря, и успокаивается в могиле лишь тогда, когда его вторично отпоет по обряду поп.

В одной из сказок говорится так: "Мимо кладбища идет непослушный сын. Он видит около одной из могил упыря, из рта которого выходит пламя. Увидя смертного, упырь гонится за ним. Бедняк вбегает со страху в один дом и находит там в гробу другого упыря. Это и спасает парня, так как упыри начинают грызться друг с другом до самого пения петуха. После этого пения упырь уже не опасен". См.: "Коми Мойдъяс - Коми народные сказки".

В другой сказке об упыре передается: "Ямщик по найму везет гроб с упырем до церкви за несколько верст, так как родные боятся близко хоронить умершего. В дороге ямщик замечает, кого он везет, и лезет на дерево. Упырь не может подняться за своею жертвою и не успевает перегрызть дерево до пения петуха. Ямщик везет гроб далее, но, так как его опять застает полночь, он ложится рядом с гробом, и упырь его не замечает. В третий раз ямщик уже скачет с гробом до одного дома, и там лезет на печь, так как упырь не смеет туда влезть. Ямщик совершает там новое священнодействие в виде еды (Примечание автора: Вкушение хлеба является священным действием у многих народов.), но одна крошка падает у него в голбец. Это — большой грех, и надо ее найти, так как в голбцах всегда собираются упыри. Благодаря молитве, ямщик вынимает из зуба одного такого упыря крошку. Только похороны спасли беднягу от гибели, да и спасли от гибели самого попа".

В одной из сказок об упырях коллекции Коми Издательства находится рассказ о том, как поп оставил гроб с одной из таких еретниц в церкви, а та начала не во время звонить. Поп прибегает на звон и еретница его съедает, оставив ноги по сапог. Затем она продолжает звонить. Тогда прибегает, дьякон, - еретница съедает и его, оставив его ноги, тоже по сапог. Затем прибегает пономарь, и тот погибает таким же образом. Прибежавшие утром жители скорее зарыли страшилище.

И, если такой упырь недостаточно отпет, он по ночам выходит из могилы, идет в деревню искать веселых людей и кутил и высасывать у пьяных кровь, отчего те подвергаются смертельной болезни. Чтобы вылечить, необходимо у упыря отнять эту кровь и затопив баню и введя туда больного. Напоить его женским молоком с высосанною кровью. Чтобы добыть последнюю, необходимо подкараулить, когда упырь оставит свою могилу, и лечь на его место, — такую штуку, например, проделывает удалой солдат. Особенно плохо достается сыновьям такого умершего, которые должны его отчитывать. Однако, усердная молитва и божья свечка спасают человека от укусов упыря. Напрасно гроб упыря оковывают железными обручами, — это нисколько не спасает от раскрытия гроба в полночь. Чтобы и вышедший из гроба упырь не мог уже очень сильно повредить, ему связывают руки.

Душа умершего также часто обращается в дерево, особенно, если его убить и дерево выростет на его могиле. Если сделать из такого дерева дудку или рожок, то он сообщит, пропоет, о насильственной смерти. Одно из деревьев, ольха, даже носит название лов-пу, т.-е. дерево души.

См.: Василий Налимов "Загробный мир по верованиям зырян" (1907).

К культу предков относится также представление об особых существах кущща воԉԍа, происходящих от названия Святок кущща, кутья и воԉԍа, полсть. Так Зыряне называют черненьких, маленьких человечков, которые появляются на Святках и таскают живущих в леса и в воду. Последний раз они погибают на Крещение. Так как Святки у всех народов являются праздником умерших и посещения ими живущих, то я предполагаю, что кущща-воԉԍа есть умершие и особенно те умершие, которых не похоронили, как следует. В виде мести они и хватают и губят живущих. Само их название я объясняю обычаем, что было необходимо для их умилостивления внести полсть и поставить на нее кутью. Заметим, что зимние Святки носили название коляда — от финского корня куль, коль, умирать, а вовсе не от латинских календ или сербского коло (ср.: финское — куоле, умирать; венгерское — калнi, черемисское — кол). Гадания потому и удавались на Святках, так как с помощью их с живущими разговаривали родители. В древней Персии фереверы (фраваши) или ангелы-хранители из умерших постоянно посещали в это время живущих, и, если те оказывали им почет, благодарность лилась ручьями от фереверов. Известно также, что и пальба в Новый Год имела исключительною целью избавить умерших от нападения злых духов.

Зырянские похоронные обряды сохранили в себе очень мало следов культа предков, так как сильно подверглись христианской обработке. К числу кое-каких остатков в них относится обычай вешать полотно или полотнище в том доме, откуда еще не вынесен покойник. В некоторых местностях, как, например, по Сысоле ставят для омовения души покойника и воду. В похоронных причитаниях Зырян встречаются лишь одни личные мотивы.

См. продолжение Глава 4. Следы демонизма у Зырян.

Примечание foto11.com сайта: упоминания о славянах по тексту книги удалены.

*   *   *

Реклама Google: