Komi Zyrians Traditional Culture

КОМИ КУЛЬТУРА ГРАММАТИКА СЛОВАРИ ЛИТЕРАТУРА МУЗЫКА ТЕАТР ЭТНОГРАФИЯ ФОТОАРХИВ КНИГИ

Глава IV. Подвижные игры и спортивные состязания весенне-летнего периода

"Раскачаем мы ходкую качель"
Д.А.Несанелис, Сыктывкар, 1994.

Значительное место в традиционном весенне-летнем досуге жителей деревень занимали подвижные игры и спортивные состязания.

В южных и юго-восточных районах большой популярностью пользовалась игра, которую называли словом "лунка". В ней принимали участие мальчики от пяти-шести до одиннадцати-двенадцати лет. Каждый игрок выкапывал вдоль прочерченной линии собственную лунку. Глубина лунок не превышала пяти-семи сантиметров, а расстояние между ними - пятнадцати-двадцати сантиметров. По жребию или считалке определяли двух водящих, занимавших места около крайних лунок (рис.1). Они катали небольшой шерстяной мяч, обтянутый кожей, вдоль линии лунок. Раньше или позже мяч закатывался в одну из них. Тот, в чью лунку попадал мяч, поднимая его и бросал в одного из разбегавшихся игроков. Если бросок оказывался метким, то выбитый игрок заменял водящего, закатившего мяч в лунку. В случае неудачи водящего менял промахнувшийся.

Рис.1. Расположение ямок и игроков при игре в "лунку"

Вариант описанной игры под названием "чурьяма" был известен в сысольском селе Ыб. Согласно описанию А.А.Муратовой, она проходила так: водящий с 1,5-2 м. бросал или катил мяч в сторону лунок. Когда мяч попадал в одну из них, то игрок, которому принадлежала эта лунка, старался его поднять как можно скорее и бросить в одного из ребят. Тот, в кого попадал мяч, бросал его в другого игрока, второй в третьего и так до тех пор, пока кто-нибудь не промахивался. К лунке промахнувшегося палочкой подрисовывали один рог. Игра заканчивалась, когда к одной из ямок было пририсовано десять рогов.

После этого подсчитывалась разница между количеством рогов у лунок других участников. Игроки "наказывали" проигравшего, бросая в него с условного места мячом 10 — N раз, где N - количество рогов у лунки бросающего игрока.

В научной литературе высказывалось предположение о том, что происхождение игр с катанием мяча относится к глубокой древности и что они восходят к обрядовому катанию яиц. По-видимому, это предположение не лишено известных оснований, однако материалы по коми этнографии, собранные на сегодняшний день, не позволяют пока однозначно высказаться в пользу данной гипотезы.

В сысольских селениях дети пяти-двенадцати лет любили игру "мачӧн кругӧн ворсам" (играем мячом в кругу). Она устраивалась на деревенской улице. На земле прочерчивали круг диаметром четыре-пять метров. В круг входил водящий, выбранный по считалке. Остальные ребята собирались невдалеке и передавали из рук в руки кожаный или резиновый мяч. Затем все ребята занимали места по линии круга. Они держали руки за статей, делая вид, что там находится мяч. Водящий старался определить, у кого в действительности находится мяч. Если он угадывал, то отходил от обладателя мяча на максимальное расстояние. В таком случае попасть в него было очень сложно (рис.2). Если же водящий делал ошибочный прогноз, то сделать меткий бросок было довольно легко. Если в водящего попадали, то ребята шутливо спрашивали: "Ну что, изведал вкус мяча?" Обычно играли тряпичным мячом, обтянутым кожей. Если мяч, брошенный сильно и неожиданно, попадал в водящего, то он "изведывал" очень неприятный "вкус". Если бросавший промахивался, то он менялся местами с водящим.

Рис.2. Расположение игроков
при игре "мачӧн кругӧн ворсам"

Рис.3. Игра "жо".
Расположение игроков.

Сходная игра, распространенная в прошлом также на Сысоле, называлась "жо". Она проходила на улице. Игроки располагались в кругу, диаметр которого не превышал пяти-шести метров. Двое водящих ходили по линии круга, не заступая за черту. Они перебрасывались кожаным мячом (см. рис.3). Выбрав благоприятный момент, один из них бросал мяч в ближнего игрока. В случае промаха все оставалось по-прежнему. Если же игроку удавалось поймать брошенный в него мяч, то он перебрасывал его другому игроку. Бросать нужно было не сильно, но "хитроумно": из-под ноги, из-за спины, в прыжке и т.д. Мячом перебрасывались до тех пор, пока кто-нибудь не ронял его. Уронивший менялся местами с водящим, бросившим мяч.

В вычегодском селе Палевицы мальчики и девочки играли в "пасьвартӧм" (победить противника). Ребята делились на две команды, расходившиеся за линии, разделенные пятнадцатью-двадцатью метрами. По жребию определяли право первой подачи. Один игрок подбрасывал тряпично-кожаный мяч (иногда резиновый), другой ударял по нему со всей силы ладонью или кулаком. Если мяч не долетал до противоположной черты, то происходила переподача. Если же было видно, что мяч долетил, то ударявший игрок стремительно бежал к противоположной черте, наступал на нее и возвращался обратно. Если соперники не успевали поймать мяч и метким броском выбить двигающегося игрока, то подача сохранялась за первой командой. Меткое попадание в бегущего игрока переводило последнего в команду противников. Иногда игра заканчивалась тогда, когда в одной из команд оставалось менее трех игроков.

В Троицко-Печорске и других печорских селах тоже играли в "пасьвартӧм", но в отличие от Палевиц удар по мячу наносился там не рукой, а деревянной палкой. Второе отличие заключалось в том, что право подачи автоматически переходило к противникам, если они ловили поданный мяч. Не будет, по видимому, ошибочным утверждение о том, что "пасьвартӧм" следует считать одним из вариантов лапты. Интересно, что в обычные дни дети, молодежь и взрослые играли в лапту раздельно. Исключение составляла Светлая седмица, когда, по сведениям многочисленных информантов, вместе играли "и стар и млад".

Рис.4. Расположение игроков в игре "берд"

В вымских селах и деревнях вплоть до конца 30-х и даже начала 40-х годов большой популярностью у мальчишек пользовалась игра "берд" (по-видимому, от сочетания "берд стен" - место у стены или "берд керка" - место у дома ). В игре использовали небольшой кожаный мяч, набитый тряпками, соломой или конским волосом. В соответствии с названием, игра проходила у стен домов. Как правило, выбирались старые заброшенные дома. Водящий, выбранный по жребию, ударял по мячу битой, затесанной под плоскую лопаточку. Удар наносился с таким расчетом, чтобы он, ударившись о стену дома, отлетал обратно на высоте около полутора метров. Остальные игроки старались поймать отлетевший мяч. Тот, кому это удавалось, становился водящим (рис.4).

В верхневычегодских селениях ребята использовали для игр "йӧг" - деревянный шар, сделанный из березового капа. Одна из игр проходила так: шар устанавливали на пеньке или широком круглом полене, после чего мальчишки бросали по нему биты с расстояния пять-шесть метров. Победителем становился игрок, выбивший шар дальше всех.

Правила другой игры с березовым шаром отличались большей сложностью. Шар клали на короткую (до 50-60 см) доску, установленную на низеньком чурбачке. Мальчики бросали свои биты с восьми-девяти метров. Игрок, сбивший шар, получал право на повторный бросок. Если все промахивались, то водящий брал шар и шел с ним на линию, с которой метали биты. Он бросал шар с таким расчетом, чтобы попасть в одну из них. В случае успеха водящий забирал выбитую палку, а ее хозяин становился водящим.

В Коми крае большей любовьо поользовалась игра в городки. В подтверждение этого уместно привести слова Николая Белдицкого, путешественника и знатока Севера, посетившего в 1910 г. село Ижму. "Тотчас устраивается игра в городки, до которой ижемцы большие охотники и увлекаются этой забавой как дети... Игрой мы увлекались вплоть до солнечного восхода, и довольные и усталые расходились по домам"1. Полевые материалы позволяют выявить несколько разновидностей "городков". Название одной из них - "карьясны" (букв. городки).

В "карьясны" играли две команды. У каждой был свой очерченный на земле квадрат, внутри которого из жердочек шириной до десяти и высотой до пятнадцати сантиметров строили фигуры. Биты бросали с расстояния пять-семь метров. Когда один из игроков удачным броском разбивал "городок", его партнер сооружал следующую фигуру. Соревнование заключалось в том, кто быстрее выбьет установленный набор фигур.

В Айкино, Усть-Выми, Оквад и других вымских и вычегодских селениях игроки сооружали сразу все фигуры. По словам информантов, обычно их было восемь. И.П.Овчинников (1906 г.р.) из Айкино вспомнил названия четырех из них: "дом", "пушка", "ласточка" и "пароход". Любопытно, что каждый игрок, по словам Овчинникова, бросал подряд по две палки.

В вымских селах и деревнях разыгрывали и упрощенный вариант "городков". На дорогу клали закругленную или прямоугольную палочку до тридцати сантиметров длиной. Ребята по очереди бросали в этот городок свои биты. Смысл игры виделся в том, чтобы "прогнать" городок на возможно большее расстояние. Н.А.Исаков из Айкино отмечал, что иногда "городок" "гнали" целый километр.

Аналогичная игра зафиксирована в Прилузье. Сходная игра под названием "пӧпӧн" (в попа) была описана Ю.Г.Рочевым. Несомненный интерес представляют описанные исследователем правила жеребьевки этой игры: "Обычно жребий бросают так: каждый игрок кладет биту одним концом на носок правой ноги и, придерживая другой конец биты правой рукой, швыряет биту вперед - чья бита улетела дальше всех, тот бьет первым, чья ближе всех, тот водящий - ставящий попа"2. Таким образом, уже в ходе жеребьевки происходило состязание игроков в силе и ловкости.

В вычегодском селе Деревянск мальчики играли в "командира". Эта игра отчасти напоминала "городки". Она проходила так: ребята делились на две команды. Затем игроки вкапывали в землю два ряда палочек различной высоты, по одному на каждую команду. В центр ряда помещался "командир" - самая высокая палочка (обычно 20-25 см; см. рис.5). По сигналу игроки обеих команд бросали по вкопанным палочкам свои биты. Побеждала команда, раньше сбивавшая командира.

В д.Дон и некоторых других селениях Усть-Куломского района одной из наиболее популярных игр был "кляп". Очерчивался широкий круг диаметром около трех метров. Внутри круга устанавливалась нехитрая конструкция из чурбачка и широкой доски, на которую клали "кляп" - небольшой деревянный цилиндр, ширина которого обычно составляла 5-7 см, а высота - 8-10 см. Водящий, выбранный по жребию, наносил битой удар по кляпу, причем делал это так, чтобы кляп летел в сторону остальных игроков, стоявших в 5 -10 метрах от круга. Эти ребята старались выбрать удобное место и отбить кляп в противоположном направлении. Если отбитый кляп долетал или докатывался до круга, то отбивший его игрок и водящий менялись местами (рис.6).

Рис.5. Игра "командир"

Рис.6. Игра "кляп"

Рис.7. Кляпча,
надеваемая на кол.

В похожей игре деревянный колпачок с выемкой назывался "кляпчей" (рис.7). В игре участвовало от трех до шести-семи человек. Вокруг кола, на который надевалась кляпча, очерчивался круг диаметром 2-3 метра. Водящий ударял битой по кляпче. Остальные игроки, стоявшие в 5-10 метрах от круга, наперегонки бежали к упавшей кляпче. Тот, кто успевал быстрее, брал ее в руки и бросал обратно в круг. Если кляпча приземлялась в кругу, то бросавший ее игрок становился водящим.

В вычегодской деревне Нижний Парчег и селе Зеленец правила игры в кляпчу несколько отличались от описанных выше. Чтобы стать водящим, игроку, стоящему за кругом, было достаточно сбить палкой летящую кляпчу. Если кляпчу сбить не удавалось, то ребята устремлялись к ней наперегонки. Игрок, подбегавший первым, бросал кляпчу обратно в круг. Водящий, в свою очередь, старался отбить ее своей палкой. Отбивать кляпчу запрещалось в случае, если она катилась по земле. В некоторых сысольских селах, например, в Ыбе, описанная игры была известна под названием "чирк". Сходная игра под названием "гӧла-мачӧн" (в щит и мяч) зафиксирована Ю.Г.Рочевым. Для ее проведения были необходимы резиновый мяч, палка и деревянный щит. Один из игроков (водящий) оставался у щита, а остальные располагались в пределах игровой площадки. "Водящий подбрасывает мяч и бьет его палкой, посылая на площадку. Остальные стремятся поймать этот мяч на лету. Кому это удается, тот будет водящим. Если мяч не удалось поймать никому, каждый из них стремится первым поднять его с земли и бросить по щиту. Водящий палкой отбивает мяч, остальные снова его ловят. Кто попал по щиту мячом, тот становился водящим. Водящий не должен заслонять щит или отбивать мяч руками, а игрок - бросать мяч, подбежав к щиту"3.

Уместно заметить, что еще в 1866 году известным этнографом Г.Е.Верещагиным была зафиксирована и подробно описана удмуртская народная игра "тюрага" (жаворонок), аналогичная коми "кляпче" . Не вызывает сомнений, что и в Коми крае "кляпча" и сходные с ней игры были известны по крайней мере в середине XIX в., а возможно и в более ранние периоды. Как показал известный специалист по истории физической культуры и спорта Л.Кун, игры с битами были широко распространены уже в средневековой Европе. Следует также подчеркнуть, что цилиндры для игр с битами, сходные с кляпчей, были известны в античной Греции. Не исключено поэтому, что народная традиция игр с деревянными битами могла иметь в Коми крае достаточно древние истоки.

Одной из наиболее любимых игр в вымских и средневычегодских деревнях был "чиж". Чижом называли деревянный колпачок со стесанной нижней частью. Его надевали на кол, вбитый в землю под углом 60о. Участники игры делились на две команды. На расстоянии от 100 до 200 метров прочерчивались две линии, являвшиеся границами игровой площадки.

По жребию определяли право первого удара. Один из игроков команды, которой улыбнулся жребий, ударял битой по чижу таким образом, чтобы он летел в направлении команды соперников, отходившей в сторону своей границы. В задачу игроков второй команды входило отбить на лету чиж в противоположную сторону. Если это удавалось, то к ней переходило право удара. Очередной удар наносился той или другой командой с места падения чижа.

В верхневычегодском селе Керчомья деревянный цилиндр и, соответственно, игра с ним, называлась "чут". Она проходила так: игроки с 5-8 метров метали биты, стремясь выбить лежащий на земле "чут" за пределы очерченного вокруг него круга. В случае меткого попадания водящий устанавливал чут на прежнее место, а выбивший его игрок получал право на повторный бросок. В случае промаха бросавший и водящий менялись местами.

Достаточно широко била распространена игра "турка". Она заключалась в том, что ребята по очереди ударяли битами по "турке" - деревянному шару, сделанному из березового нароста. Победителем становился игрок, отбивший турку на максимальное расстояние.

*   *   *

Описанные подвижные игры можно разделить на три группы. К первой относятся игры с мячом, ко второй - с метанием деревянных бит, к третьей - игры с использованием как бит, так и мячей, шаров, деревянных цилиндров. В играх первой и отчасти третьей группы участвовали как мальчики, так и девочки. В играх второй группы принимали участие преимущественно или исключительно мальчики. Информанты объясняли это тем, что девочкам было трудно бросать на дальние расстояния тяжелые для них биты, не исключено, однако, что участие девочек в подобных играх могло рассматриваться и как не вполне приличное. Хорошо известно, что во многих культурных традициях палки и похожие на них продолговатые предметы воспринимались в качестве мужских сексуальных символов. (Ср. выражение "бросить палку" из современного молодежного слэнга, означающее соитие). Есть основания полагать, что такая закономерность была характерна и для традиционной коми культуры. Об этом свидетельствует, в частности, шутливый фольклорный текст, исполнявшийся в коми деревнях по Печоре при подъеме и установке охлупня, называвшегося там "хозяином":

Наш хозяин краснокожий
На собачий х... похожий.

Любопытно, что в населенных пунктах, где бытовало это двустишие, девушку-невесту за день-два до свадьбы поднимали на крышу и усаживали на охлупень. Эротический смысл этого обычая вполне очевиден4. В качестве фаллического символа, по-видимому, выступала в свадебной обрядности и плетка, которой дружка стегал невесту. Излагаемая гипотеза вполне согласуется с идеей о фаллической основе игры в "бачу" (название одной из разновидностей бит)5.

В некоторых местах Коми края были распространены состязания на воде. Так, в с.Богородск (Корткеросский р-н) мальчишки соревновались в скорости переплывания Вишеры. В с.Покча мальчишки соревновались в том, кто быстрее переплывет реку Верхний Пидж, впадающую в Печору. Аналогичная информация зафиксирована в некоторых других населенных пунктах. Другое состязание заключалось в том, чтобы раньше других достать рукой до дна. В подтверждение того, что нырявший действительно сумел опуститься на дно, он должен был поднять в ладошке камешек или речной ил.

В селениях по р.Лузе мальчики соревновались в том, кто из них дольше сможет пробыть под водой.

Подвижные игры с мячом и битами, равно как и водные состязания, укрепляли здоровье, формировали выносливость, реакцию, глазомер. Физические достоинства высоко ценились коллективом и во многом определяли место в нем мальчика или подростка. Г.А.Старцев, описывая порядок раздела покосов на Выми, отмечал, что мальчикам для получения "пая" необходимо "во-первых, на глазах у всех собравшихся переплыть туда и обратно реку (40-60 саж.), во-вторых, перебросить на другой берег камень, и в-третьих, не лениться в покосе и поспевать за взрослыми"6.

А.С.Сидоров в середине 20-х годов отмечал, что "детям в настоящее время известны в качестве игрушек лук и стрелы, давно уже вышедшие у зырян из употребления7. На основании этого наблюдения ученый сформулировал вывод, согласно которому "многие детские игры, являясь подражанием занятий взрослых, в то же время консервативно удерживая раз усвоенные формы, могут быть истолкованы в качестве пережитков"8. Применительно к изложенному наблюдению такой вывод представляется достаточно корректным. Судя по экспедиционным данным, полученным в вычегодских селах Керчомья и Деревянск, луки изготавливали из можжевельника, а тетиву - чаще всего из бечевки. По сведениям, собранным Е.В.Мороз, коми дети играли луками еще двух разновидностей: луком, вставленным в деревянное ложе (иногда ложе с крышкой) и "прямым луком с веревочкой, закрепленной одним концом на палке и со свободным вторым концом, с которого выпускается стрела"9.

Повсеместно была распространена игра "пурысь" (прятки), в которой принимали участие мальчики и девочки в возрасте от 6-7 до 12-13 лет. Один из вариантов игры проходил так: ребята забивали в землю кол, затем хватались за него правой рукой. Тот, кому не оставалось места, становился ведущим. Он должен был "выследить" всех игроков и "загалать" их, для чего необходимо было дотронуться до вбитого в землю кола. Если замеченный игрок опережал водящего и первым дотрагивался до кола, то он прятался снова. В следующем коне водящим становился - в зависимости от договоренности - первый или последний из пойманных игроков.

В другом варианте игры водящих было двое. Игра начинялась с того, что в землю под острым углом забивали деревянный кол. Каждый участник наносил по нему удар палкой или небольшим поленом.

Пока водящие вытаскивали его, остальные ребята разбегались и прятались.

Третья разновидность пряток отличалась тем, что все игроки делились на две команды. Заранее оговаривалось пространство, в пределах которого можно прятаться. Игроки водящей команды обозначали на земле или на взвозе одного из домов круг диаметром 1-1,5 метра. В круг помещалась деревянная палочка. Ее охраняли двое сторожей. Водящие должны были не только заметить прячущихся игроков, но и "засалить" их, а затем привести в круг. Только после этого они считались пойманными. Если кому-либо из прячущихся игроков удавалось незаметно подкрасться к кругу и выкрасть из него палку, то все пойманные игроки отпускались, а команда противников начинала водить сначала. Когда все игроки прятавшейся команды были замечены и приведены в круг, то команды менялись местами.

Своеобразный вариант пряток под названием "Чур став!" (все здесь) зафиксирован в Троицко-Печорске. Когда водящий находил игрока, то он тоже становился водящим. Последнего игрока, таким образом, разыскивала уже целая группа. Когда все были пойманы, то игрок, начинавший водить, восклицал: "Чур став!" После этого начинался следующий кон.

Повсеместно дети играли в догонялки (салки, "дячки"). Играли мальчики и девочки в возрасте от 5-6 до 11-12 лет. Как правило, игра проходила в пределах установленных границ. Уместно привести текст считалки, с которой начиналась игра:

Здог - медог
Кеньян - помьян
Сетар - бецар
Нинтем - вартем
Пуис - пецер
Бродгис - лыис.

В коми литературном языке употребляется лишь три слова из этой считалки: "вартем" - победил, "пуис" - сварил, "лыис" - застрелил. Остальные слова входили исключительно в детский словарь разговорного языка и в считалку добавлялись для рифмы (см. "Детские считалки" по статье В.М.Кудряшовой "Заговоры народа Коми"). Игрок, на которого приходилось слово "лыис", становился водящим. Он водил до тех пор, пока не "пятнал" другого игрока. Игра продолжалась до тех пор, пока ребята не уставали.

В догонялки любила играть и молодежь. Писатель и этнограф С.В.Максимов, посетивший в 1857 году Ижму, отмечал, что жители села сохранили "от старины некоторые игры и забавы"10. В подтверждение этой мысли он упомянул о молодежном "беганьи взапуски", устраивавшемся на летних лугах. Интересно, что, по наблюдениям Максимова, "ижемцы установили и твердо хранят обычай, позволяющий эти удовольствия девушкам отдельно от молодцов" и лишь "оглашенные женихи имеют еще некоторое право (и то весьма редко) играть публично с невестами"11. Представляется, что эти сведения согласуются с изложенными ранее соображениями относительно роли "цензуры коллектива" в организации молодежного досуга.

Одним из наиболее любимых летних развлечений юношей были скачки на лошадях. По сообщению информантов из сел и деревень по р.Лузе, состязания всадников приурочивались к летним храмовым праздникам. Так,в с.Ношуль они проходили I августа (ст. ст.), во время празднования Первого спаса (медового). Скачки устраивались на берегу Лузы. Если воспользоваться современной спортивной терминологией, то можно сказать, что они проходили по "кубковой" системе. Победа в таких соревнованиях расценивалась как очень почетная.

В некоторых селениях по Лузе, Вычегде и Мылве в летние храмовые праздники устраивались также катания и гонки на лодках.

К Пасхе, двунадесятым и храмовым праздникам приурочивались состязания в силе, участниками которых были взрослые мужчины. Так, по сообщению Н.А.Исакова (1918 г.р.) из Айкино, в Светлую Седмицу устраивались состязания по подъему одно- и двухпудовых гирь. По-видимому, такие соревнования не ограничивались лишь собственно подъемом гирь. Е.В.Мороз, изучавшая предысторию спорта в Коми, отмечала: "Почетными силачами в каждой деревне считались мужчины, которые перебрасывали двухпудовую гирю через амбар, баньку. Но ведь гиря могла упасть на амбар и проломить крышу. В этом случае виновник на виду у всего мира принимался ремонтировать повреждение, что, разумеется не приносило ему лавров победителя, наоборот - неудача дружно осмеивалась"12. Таким образом, демонстрация силы или, напротив, проявление физической немощи, становились предметом общественного обсуждения, влиявшего, несомненно, на отношение к человеку, взямшему на себя смелость участвовать в в подобных соревнованиях.

Среди традиционных летних мужских соревнований Е.В.Мороз называла также "метание топорика на дальность" и "перетягивание на палках", оформившиеся, по ее мнению, в "национальные виды спорта"13. Этнографические исследования, проведенные в различных районах Коми Республики, не подтверждают, однако, ни изложенные факты, ни, тем более, сделанный на их основе вывод.

*   *   *

Подводя итоги, следует сказать, что в Коми крае весенне-летние подвижные игры и спортивные состязания отличались значительным разнообразием. Большую часть детского досуга занимали игры с мячом, шаром, метанием бит и деревянным цилиндрами. В некоторых из этих игр участвовали мальчики и девочки, в некоторых - только ребята. Круг участников игр определялся как их физическими возможностями, так и, по-видимому, сложившимися стереотипами поведения, регулирующими распределение мужских и женских ролей во всех сферах сельской жизни.

Разнообразные состязания устраивались детьми на реках и озерах.

Физические навыки и закалка, приобретавшиеся мальчиками в ходе спортивных игр и состязаний, имели важное значение в решении хозяйственных вопросов, в частности, в наделении сенокосными угодьями.

Такие традиционные игры, как стрельба из лука, восходят, вероятно, к реальной хозяйственной практике предшествующих периодов.

В подвижных играх принимали участие юноши и девушки. Между ними, однако, сохранялась известная дистанция, обусловленная ограничениями, накладываемыми "цензурой коллектива".

К летним православным праздникам приурочивались юношеские и мужские состязания, выступление в которых влияло на общественный статус их участников.

Необходимо признать, что в весенне-летний период, особенно насыщенный хозяйственной деятельностью, у жителей Коми края оставалось немало времени для отдыха, игр и развлечений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Этнографические данные, представленные в книге, свидетельствуют о том, что досуг занимал важное место в традиционном укладе жизни коми деревни второй половины XIX - первой трети XX вв. Изучение форм досуга в данной работе позволило осветить, хотя, вероятно, и не с исчерпывающей полнотой, один из важных компонентов традиционной коми культуры. Приведенный материал дает ответ на ряд вопросов, впервые поставленных на обсуждение, а также позволяет отчасти уточнить и дополнить положения, уже излагавшиеся в научной литературе.

Репертуар деревенских игр, забав, развлечений и состязаний отличался значительным разнообразием. Признание этого факта, вытекающее из этнографического анализа собранных в работе данных, подтверждает справедливость мнения о том, что сельское население Коми края жило в это время отнюдь не только "хлебом насущным".

Проведение досуга регулировалось сменой календарных сезонов и годовым циклом подвижных и неподвижных церковных православных праздников. Если в осенне-зимний период свободное время проводили преимущественно в доме, то летом преобладали игры и развлечения на свежем воздухе. Особенной эмоциональной насыщенностью и разнообразием отличался праздничный досуг, приуроченный к Покрову, Рождеству Христову, Масленице и Пасхе.

Рассмотрение различных форм проведения активного досуга в широком культурном контексте позволило установить их взаимосвязь, с одной стороны - с ритуалами и нормами этикета, а с другой - с хозяйственной деятельностью.

Если в соответствии с поставленными во введении целями сформулировать это положение в семиотическом аспекте, то окажется, что досуг органично вписывался в "тотальную систему отождествлений" (В.Н.Топоров), характеризующую внутреннее содержание культур традиционного типа, в том числе и коми.

Досуг маленьких детей включал игры с разнообразными самодельными игрушками и куклами из дерева, бересты, глины, косточек домашних животных, тряпок и лоскутков. Помогая взрослым в изготовлении игрушек, дети овладевали навыками домашних ремесел, полезными и необходимыми в традиционном крестьянском хозяйстве.

Некоторые игрушки, в частности, овечьи косточки "шег" служили своеобразным эквивалентом денег при расчетах взрослых с подростками, помогавших им в полевых работах. Желание заработать "шег" оказывалось важным стимулом к труду.

Использование этносемиотического метода в описании и анализе детских ролевых игр ("гӧрд гача", "нигыль", "кар туй", "сюн"), святочных посиделок, масленичных и пасхальных развлечений обусловило корректность использования соответствующих терминов. Их применение позволило отчетливо выявить значение игр и развлечений в трансляции традиционных представлений, восходящих к архаичной мифологической основе. В рамках такого подхода возможно сформулировать вывод, согласно которому детские игры, сохранившие архаичные элементы и содержательно сопоставимые с ними ритуалы следует рассматривать в качестве синхронных этнографических явлений, по-разному отражающих фундаментальные мировоззренческие схемы.

Если содержание определенных детских игр выявляется при сопоставлении их с ритуалами, то смысл и значение игры в "чомик" раскрывается в ходе этнографического сравнения ее правил и сценария с нормами домашнего этикета, регулирующего поведение взрослых членов семьи. Сопоставление двух форм стереотипного поведения позволяет увидеть в игре, вслед за Ю.М.Лотманом, важнейшее средство "овладения различными жизненными ситуациями", а также выявить ее психологическое значение, заключавшееся в стремлении к социальному самоутверждению.

Многочисленные полевые и литературные данные свидетельствуют о том, что организация деревенского досуга имплицитно обусловливалась половозрастной структурой сельского мира. Возрастные и половые ограничения прямо или косвенно определялись мифоритуальной концепцией жизненного пути. В качестве одного из наиболее ярких примеров, подтверждающих это положение, уместно упомянуть детские игры, в которых представлена тема смерти. Такие игры находились под негласным запретом. Вместе с тем, идея об особой близости детей к миру предков закономерно порождала различные варианты подобных игр.

С другой стороны, в ходе игр, развлечений и состязаний сама эта половозрастная структура всякий раз заново обозначалась и закреплялась. Представляется, что учет этого обстоятельства особенно важен для этнографической интерпретации вопроса о механизмах трансляции традиционной культуры.

Традиционные формы деревенского досуга, описанные в данной работе, носили общественный характер. Достойно внимания, что Питирим Сорокин, вспоминая в "Долгом пути" об играх и забавах коми детей, отмечал: "Ни у нас, ни в других деревнях не было ни обособленных компаний, ни "одиноких душ". Не будет, по-видимому, ошибочным утверждение, согласно которому совместное проведение досуга влияло на формирование в деревенском сообществе благоприятного психологического климата.

Уместно еще раз подчеркнуть, что общественный характер могло носить определение возможных брачных пар, осуществлявшееся в присутствии многих наблюдателей в ходе детских и молодежных посиделок.

Значению "цензуры коллектива" в жизни селян соответствовала календарная приуроченность выбора невесты (обычай "выбор дерева на год") к Васильеву дню, соотносящая реальное событие с мифологическим прецендентом и согласующая социальные и космологические аспекты бытия. На основе анализа многочисленных данных, приведенных в работе, можно сделать вывод о том, что стремление к подобным соответствиям оказывалось одним из фундаментальных принципов организации деревенского досуга.

Одним из наиболее распространенных видов досуга в Коми крае были подвижные игры. Круг участников этих игр ограничивался как их физическими возможностями, так и критериями мировоззренческого характера. В ходе подвижных игр ребята закаливались и приобретали полезные физические навыки, необходимые для полноценной хозяйственной деятельности.

Демонстрация физической тренированности, в частности, умения плавать и бросать на дальнее расстояние камень, свидетельствующего о крепости и выносливости, оказывалась решающим условием выделения подросткам особых сенокосных угодий. В спортивных состязаниях юношей и взрослых мужчин фомировалась своеобразная "иерархия статусов", основанная на демонстрации физической силы, ловкости, реакции и глазомера.

Таким образом, досуговые занятия следует считать одним из важных регуляторов социальных связей и отношений в рамках деревенских коллективов.

Некоторые традиционные форкы досуга коми, например, святочные посиделки, масленичные катания на санях, летние девичьи хороводы, игры в "городки" и "котел", имеют аналогии и параллели в культурах других финно-угров, народов Севера и Сибири. Эта близость объясняется сходством природных условий обитания данных народов, а также длительными этнокультурными контактами между ними. Определенные развлечения, такие как катания на шестах со снежных гор, игра "зимние городки" и ряд других досуговых занятий были характерны преимущественно для Коми края. Такие своеобразные формы проведения свободного времени северных коми (ижемцев), как состязания в точности метания тынзея и прыжках через нарты, сформировались, несомненно, под влиянием особенностей хозяйственного быта оленеводов.

В последнее время заметно усилился интерес к истории народной культуры коми, неотъемлемой частью которой был досуг. О возрастающем внимании к проблемам традиционного досуга можно судить по оживившемуся в последние годы обсуждению этого вопроса на. страницах научных и популярных изданий. В практической сфере этой тенденции соответствует осуществляемая ныне программа проведения республиканских и районных фестивалей и фольклорных праздников. Поэтому можно надеяться, что проведённое исследование будет иметь не только научный интерес, но и поможет возродить некогда любимые и популярные игры, развлечения и состязания.

Примечания:

1. Белдицкий Н. Несколько дней среди ижемских вырян. Известия АОИРС. 1910, #23. стр.16.

2. Рочев С.Г. Коми старинные детские игры. Сыктывкар, 1968. стр.20.

3. Рочев С.Г. Указ. соч.. стр.18.

4. Эти сведения предоставлены автору студентом филологического факультета Санкт-Петербургского университета С.И.Козловым. Считаю приятным долгом выразить С.Л.Козлову признательность.

5. См. Травин Д. Игра в "бачу" на Печоре. Материалы по свадьбе и семейно-родовому строю народов СССР. Л., 1926, Вып.1. стр.198.

6. Старцев Г.А. Зыряне (Этнографический очерк). ЦГА Республики Коми. Ф.170. Оп.1.Д.4. - Л.29

7. Сидоров А.С. Памятники древности в пределах Коми края. Коми му. 1924. #7-10. стр.56.

8. Сидоров А.С. Памятники древности в пределах Коми края. Коми му. 1924. #7-10. стр.56.

9. Мороз Е.Б. Физкультура и спорт в Коми АССР. Сыктывкар, 1967. стр.11-12.

10. Максимов С.В. Год на Севере. Архангельск, 1964. стр.420

11. Там же.

12. Мороз Е.В. Указ. соч. стр.21.

13. Там же. стр.20-21.

См. также: "Коми старинные детские игры", Фестиваль Коми спорт и национальные игры, "ТАНЦУЮТ ДЕТИ" методический сборник.

Реклама Google: